Онлайн книга «Пастырь»
|
— Товарищи, сопроводите гостя, — приказал часовым секретарь, а затем повелительным тоном обратился к анархисту: — Сдать личное оружие! — Маузер отдам на хранение легко, — поднявшись с гостевого диванчика и подшагнув ближе, снял ремень с деревянной кобурой Алексей, но вытаскивать меч из коротких ножен не спешил. Очень уж не понравился ему жадный блеск в плутоватых глазах секретаришки, когда бюрократ разглядывал богато инкрустированную рукоять вакидзаси. — А вот жену, коня и шашку казак в чужие руки не даёт. — Убирайтесь прочь! С холодным оружием я вас к товарищу Троцкому не пропущу, — откинувшись плечами на спинку обитого кожей кресла, скрестил руки на груди строгий привратник. Часовые сдёрнули винтовки с примкнутыми штыками и напряглись. — В руки клинок не дам, но на письменном столе оставлю, — усмехнулся Алексей и, молниеносно выхватив меч из ножен, вонзил лезвие в столешницу. «А вот такой подарок прикарманить слабо?!» Вакидзаси с громовым ударом пробил пухлую амбарную тетрадь. Клинок вошёл в дубовую доску по самую рукоять. Секретаришка со страхом опустил глаза и побледнел — острое лезвие, пробив крышку стола, замерло между коленей. — Теперь-то я могу пройти к твоему хозяину?! — Да — а — а, — дёргая кадыком, проблеял засранец, чуть не обделавший галифе. Под конвоем красноармейцев Алексей проследовал в кабинет, где по обе стороны от дверей замерли по стойке смирно ещё двое часовых. — Здравствуйте, Лев Давидович, — лёгким кивком поприветствовал Алексей. — Я больше предпочитаю обращение: товарищ Троцкий, — поправил пальцем дужку пенсне на носу мрачный хозяин кабинета. — Присаживайтесь на стульчик, товарищ Ронин. — Можно просто — Алексей, — дружески улыбнулся парень и, пройдя по красной ковровой дорожке, уселся, закинув ногу на ногу, напротив стола Троцкого. Стража встала караулом у входа, а вожди некоторое время пристально изучали друг друга. У сорокалетнего щупленького интеллигента с неопрятными усиками и бородёнкой клинышком, обряженного в кожаную комиссарскую куртку, выдержки оказалось меньше, чем у черноволосого парня в укороченной рясе, затянутой ремнями офицерской портупеи. — Много наслышан о ваших подвигах, товарищ Ронин, — извлекая из серебряного портсигара папиросу, отвёл взгляд Троцкий. — Угоститесь? — Святой сан куревом баловать не дозволяет, — развёл руками самозваный батюшка. — А до того, что пристраститься не позволило? — раскуривая папиросу, бросил косой взгляд на святошу революционер. — Не хотел лишнего греха брать на душу, — положа ладонь на висевший медный крест, смиренно опустил глаза пастырь. — Да, честно говоря, никотин и алкоголь меня не берут. — Наслышан о вашей святости, — пуская в сторону лжесвятоши струю табачного дыма не поверил в искренность слов большевик. — На одном из партсобраний товарищ Артём рьяно выступал на вашей стороне, особо выделяя из анархистской братвы батьки Махно. В своё время, я наводил краткую справку о вас, господин Ронин. Знаю, что вы из семьи зажиточных казаков. Получили медицинское образование за границей, то ли в Японии, то ли в Макао. Владеете испанским и португальским языками. Показали себя отчаянным рубакой на фронте Первой мировой. За революционную деятельность были осуждены царским режимом на долгую каторгу, но с Сахалина бежали. Скитались по японским островам, обошли половину Китая, даже в Тибете довелось побывать. Там и нахватались приёмов восточных единоборств и народной медицины. Всё ли я упомянул? |