Книга Сын ведьмы, страница 98 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Он у тебя и богатырь, и шаман в одном флаконе, — рассмеялся жизнерадостный капитан. — А ещё, ты говорил: он и с пулемёта отлично стреляет. Алексей, с ручным управишься?

— С ручного стрелять не пробовал, — пожал плечами казак. — Но думаю, что справлюсь. Только в густом лесу мне ножами сподручнее воевать.

— Ножами? — поднял брови капитан. Потом глянул на выбеленную стену, где только что мелькали кадры кинохроники. — Да, пожалуй, пулемёт мы с собой в лес не потянем. Налегке будем убегать. Но карабин ты, Алексей, с собой прихвати.

— Лишнее, Ваше благородие, — отмахнулся казак, — лучше я к своему револьверу ещё револьвер у господина поручика попрошу. У карабина скорострельность слабая, да и в лесу на большое расстояние стрелять не придётся.

— С нагана, на каком расстоянии в шапку попадёшь? — прищурил глаз капитан.

— С пятидесяти шагов не промахнусь, Ваше благородие, — усмехнулся казак.

— Да на такой дистанции с пистолета я в ростовую фигуру не всегда попадаю, — недоверчиво нахмурился офицер.

— Так вы стреляете в стоячую мишень, — рассмеялся Алексей, — а я подкинутую шапку дырявлю влёт.

— Жаль, чужой шапки под рукой нет, — не решился поставить на кон собственную капитан. Уж слишком много солдатских легенд он слышал о лихом казаке, чтобы так рисковать. Может, полевой шаман и не умеет на ноги мёртвых ставить, но вот уж обратный процесс у Алёши Поповича отработан до совершенства (капитан только что видел на кадрах кинохроники впечатляющий результат).

— То всё баловство, — отмахнулся от явного ребячества комбат и тяжело вздохнул: — Я так понимаю, что подкрепления из резерва дивизии нашему полку не ждать?

— Так и потери в полку небольшие — полроты только полегло.

— Зато моему батальону придётся вдвое увеличить протяжённость линии обороны. Предстоит вокруг леса траншеи копать и доты новые ставить.

— Из высоких кабинетов, штабным стратегам проблем солдат не увидать, выкручивайтесь сами, — развёл руками капитан.

— Ваше благородие, дозвольте казацкую хитрость предложить, — поднял руку, словно прилежный ученик на уроке, Алексей.

— Валяй, казак, коли не шутишь, — снова рассмеялся капитан.

— Рассказывал однажды мне отец Матвей историю, как, при осаде одной крепости, казаки турок надурили. Чтобы враги не сделали вылазку и поостереглись нападать на малый отряд, казаки ночью лишние костры жгли и чучела в папахах и бурках к огню садили.

— Так по светлому обман всё равно же раскроется?

— Поутру половина казаков уходила из лагеря на конях за холмы, а потом тайком, пеши, возвращалась по балочке. Уходила вторая половина, и также тихо кралась обратно. Пока кони паслись на скрытом от взоров врага пастбище, казаки обустраивали осадный лагерь. В темноте коней пригоняли назад, турки слышали шум копыт. Так казаки морочили врагов, пока настоящее подкрепление не подошло.

— И как сия мистификация будет выглядеть в траншеях? — не смог себе представить капитан.

Вольдшмидт и Ширков тоже вопросительно уставились на хитрого казачка.

— Из других батальонов, по траншеям подойдут солдаты и начнут продвигать линию траншей вдоль леса, валить деревья для блиндажей и дотов. Окапываться можно днём, а вот строить придётся под покровом темноты, чтобы артиллерия не накрыла. Бригады фортификаторов нужно почаще менять, тогда результаты будут заметнее. А солдат из первого батальона партиями отводить, окольными путями, в село. Там полковая банька есть, вот пусть они хорошенько отмоются, побреются, постригутся и получат новое обмундирование. На складе есть запас, мне Семён говорил. Затем строем, с задорной песней, маршируют с окраины села до передовой. По чарке водки на брата выделите — они так горланить начнут, что аж в австрийских окопах слышно будет. И в бинокль любому соглядатаю видно станет: чистенькие бодрые новобранцы на подмогу пожаловали. Вот так и «удвоим» число солдат в батальоне, а после в блиндажах враг нас уже не сосчитает. А ещё хорошо бы пленного немца на допрос в окопы поводить, в урочный час. Русским силу богатырскую скрывать не резон, мы ведь и кино ему покажем — пусть трепещет супостат!