Книга Сын ведьмы, страница 135 – Александр Седых, Вячеслав Седых

До иркутской пересыльной тюрьмы добирались дольше месяца. Уж майское солнышко заглядывало сквозь решётку каземата, освещая большую, плотно заставленную двухъярусными нарами комнату, до отказа заполненную разношёрстной публикой. В центре камеры за столом играли в карты авторитетные воры. В стороне, у стены, разметали по нарам натёртые до кровавых мозолей руки и ноги кандальники. Блатные урки и фраера — первоходки кучковались отдельными группками, не смешиваясь. Политические осуждённые плотной группой жались в дальнем от окон углу, ближе к отхожему месту. Но хилая интеллигенция не роптала, силясь пережить трудное время без синяков и выбитых зубов. Были среди «политики» и крепкие мужчины, однако идти на опасный конфликт с бывалыми зэками не решались. Численный перевес, свирепость и организованность были за блатным сообществом. Да и местная администрация симпатизировала ворам — «общак» грел не только блатных, но и вертухаям перепадала золотая крошка с воровского стола. Лишь убийство сурово наказывалось: политических осуждали на каторжные работы, а блатным добавляли сроки заключения. Ибо статистика смертей отправлялась в столичный департамент, где клерки отсчитывали жалование надзирающим лицам и охотно вычитали с них денежки за «неплановый падёж». А вот полученные при этапировании к местам заключения травмы в отчётность не входили — то ли строптивый зэк получил дубинкой по морде от надзирателя, то ли каблуком в зубы от сокамерника — какая разница? Враги царского режима должны страдать в меру наказания, и срок лишения свободы — не самый неприятный при этом фактор.

Не успели прибывшие политзаключённые познакомиться в дальнем углу каземата с партийными товарищами, как от стола воров прибыл очень важный делегат.

— Эй, «политика», который тут из вас Волковым будет, — ухмыльнувшись щербатым ртом, кинул через губу плюгавенький мужичок в помятом костюме тройке и со шляпой котелком на лысом черепе.

— А тебе, шкет, зачем он надобен? — прищурив глаз, задал встречный вопрос Алексей. Сам Андрей Волков втянул голову в плечи и отодвинулся чуть в сторонку.

— Тебя что ли, фраер, Волковым кличут?

— Сам сперва назовись, — окинул небрежным взглядом мятый костюмчик наглого субъекта Алексей.

— Я Крысолов, слыхал? — важно выпятил цыплячью грудь, делегат воров. — А твоё, фраерок, как погоняло? Вижу, ты у политических «Иваном» прописался.

— Не угадал, Алексеем меня друзья зовут. — Казак ожёг Крысолова взглядом и добавил: — А для остальных я — Шаман.

— Не слыхал о таком воре, — презрительно фыркнул лысый мужичок. — Наш «Иван» желает Андрея Волкова видеть.

— Зачем? — спокойно дознавался Алексей.

— Ливер сучонку отбить!!! — потерял всякое терпение «важный» вор. — Малява от хороших людей на стукача пришла, посчитаться бы надо. Ты что, баклан, за него вписаться хочешь?!

— Крыса, не верещи, — поморщился Алексей. — Иди к своей поганой кодле, выбери на заклание две жертвы и приведи на алтарь. Скажи своему «Ивану», что Шаману на сегодня достаточно будет и двоих паршивцев, но, если грешников придёт больше, он сделает милость и упокоит всех желающих. Пусть не переживают — умрут быстро. И не затягивайте там, а не то Шаман осерчает и сам придёт, тогда уж побьёт, сколь под руку тварей попадётся, без разбору.