Книга Адская зона. Сила духа, страница 74 – Вячеслав Седых

Сладким мёдом вливались звуки в алчные похотливые души стервятников. Заблестели глазки, капнула с губ слюна.

Но баллада звучала дальше и поведала о злых кровожадных демонах— дикзелах. Схватились со злом в неравной битве храбрые воины, схлестнулись отточенные клинки с острыми зубами исчадий ада.

И сжались пальцы на рукоятках мечей, мёртвой хваткой вцепились. Благородный гнев и бешеная злоба обуяла возмущённые души стервятников.

Песнь звучала, звала за собой в гущу битв и сражений, призывая рубить, крошить мерзкие тела уродливых дикзелов. Если вначале, гипнотизировала убаюкивающей мелодией ласковых слов, то теперь давала жёсткую установку. Яркие образы, словно колдовское заклятие, проникали глубоко в подсознание и вели за собой, сначала в райский сон, а из него в кошмар ада.

Великий чародей знал тайное ремесло. И пусть скептики твердят, что магии нет, что подобный фокус— сеанс гипноза. Может, оно и так, но только настоящий мастер сумеет словами заползти в глубины души человеческой и там, в потёмках чужого сознания, нащупать нужную струну, тронув которую, можно вызвать резонанс, способный разрушить индивидуума, превратить свободную личность в послушную марионетку.

Колёса телеги совершили последний оборот и, с недовольным чавканьем, по самые оси, зарылись в мутный студень грязи. Тяжеловозы испуганно заржали, беспомощно меся копытами коварную жижу, медленно пожирающую их ноги.

— Приехали, — оборвав снотворную песню, провозгласил старик.

Люди очнулись от гипнотической дремоты и озабоченно заворочали головами по сторонам, осматривая незнакомую местность. Казалось, они только что двигались по кромке леса и вдруг… очутились посреди бескрайней топи.

Коварный проводник выждал, пока беспокойство на удивлённых лицах сменится страхом и, одним возгласом, превратил смутное выражение в гримасу животного ужаса.

— Ди — и–кзелы-ы! — во всё горло завопил старый маг.

Слово произвело эффект разорвавшейся бомбы. Всё смешалось: воины, рабы, кони, коровы— все обезумели! Людской страх передался животным, тишину болота разорвали сотни криков, которые уже нельзя было разделить на человеческие и звериные. Все превратились в животных— одно большое испуганное стадо. Представление началось! Но героев не было, лишь толпа мечущихся по сцене статистов. И только главный режиссёр кровавой драмы знал сценарий, умело управляя обезумившими марионетками.

— Дикзелы среди вас! — ткнул указательным перстом Странник в гущу водоворота грязных тел.

В том месте, сразу же вспыхнула ожесточённая рубка. Кто ещё не успел упасть в грязь, бросился яростно кромсать испачкавшихся сотоварищей. Грязь и кровь быстро перекрашивала палачей в жертв. Вот уже, их самих тыкают и полосуют острыми клинками подоспевшие стервятники.

— Дикзелы с флангов! — как заправский дирижёр, машет руками косматый старик.

И, будто прикосновение его костлявой длани, лишает людей рассудка, послушно бросает на заляпанных грязью неудачников. Лязгает сталь, хлюпает кровь, визжат палачи — жертвы— смерть пожинает богатый урожай. Обильно льётся кровь, смешиваясь с болотной жижей. Мир активно перекрашивается в багрово — коричневые тона.

Звериный рёв захлестнул поле битвы. Стервятники, мёртвой хваткой вцепившись в рукоятки мечей, как сумасшедшие мясники — людоеды, с тяжёлым придыханием, остервенело, расчленяют человеческую плоть. В бешено вылупленных, налитых кровью, глазах застыл животный страх и звериная жестокость. Мечущиеся из стороны в сторону зрачки ищут врагов. Но их так много, что глаз не может остановиться на ком — то конкретном.