Книга Сумрак веков, страница 114 – Анна Дуплина

Кристи сидел в кресле и читал газету. На первой полосе Нью-Йорк таймс был изображен сам сенатор, стоявшим на трибуне в очередном американском городе. Я усмехнулась и закрыла за собой дверь.

— Нравится читать о себе, сенатор?

Кристи не вздрогнул. Казалось, он вообще не удивился тому, что видит меня перед собой.

— Ты глупее, чем я думал, — сенатор аккуратно сложил газету и отложил ее на маленький столик, стоявший справа от кресла. А вместо нее взял стакан, наполовину наполненный виски.

— Я не планирую разговаривать с тобой по душам, — скрестила я руки на груди, выпуская тьму.

— Неужели ты в самом деле думаешь, что охотники на ведьм и правда будут тебя защищать?

— Мне не нужна их защита, — отмахнулась я, делая шаг в сторону кресла, на котором он сидел.

— Да? Ты уверена? — Кристи встал и, заложив свободную руку за спину, подошел к окну. — А мне кажется, что еще как нужна. Например, от Ковена, который уже давно сотрудничает с властями и сдает ведьм Управлению. Ты засветилась. Твое лицо в штатах знает каждая собака. Вряд ли Ковен будет этому рад.

— Хватит болтать, Кристи. Чтобы ты ни сказал, это не изменит того факта, что ты покойник.

— Ты тоже, — он резко развернулся ко мне и, прищурившись, посмотрел прямо в глаза. — Ты такой же живой мертвец. И чем больше ты борешься против системы тем ближе к собственной смерти. Ведьмы давно сдались.

Я вздохнула. Его попытки доказать мне прав, что он не обезумевший от жажды власти политик, а мессия, которым планирует избавить мир от заразы, порядок мне надоели.

Тьма подбиралась к нему миллиметр за миллиметром. Ее движения и колебания причиняли мне дискомфорт. Моя сила не созидала. Она была способна только на разрушения и раз за разом, когда тьма оказывалась на свободе, она капля за каплей разрушала и меня.

Я устала слушать его болтовню. Она бы ничего не изменила. Ни в этот раз. Поэтому, когда он сделал еще один шаг, тьма медленно заползла ему в нос и рот, лишая возможности дышать. В этот момент на лице сенатора, наконец, проступили человеческие эмоции. Ему было страшно.

Я смотрела, как Кристи царапает горло, в попытке освободиться от несуществующей удавки и, как в панике вращаются его глаза, и в очередной раз поняла — я ничего не чувствую. Его смерть не принесла бы мне облегчения, удовлетворения или радость отмещения. Его смерть для меня ровным счетом ничего не значила. Но я пришла в номер отеля не за этим, поэтому пока Кристи бился в агонии, я надеялась только на то, что Лиам был прав. И когда Кристи умрет, безумие им порожденное сойдет на нет. Тогда очередная смерть на моей совести будет значить хоть что-то.

Кристи упал. Стакан с виски выпал из его рук, и светло-бежевый ковер моментально впитал в себя янтарную жидкость.

Тьма лениво рассеялась, оставляя после себя легкий отголосок боли и чувство опустошения. Звуки выстрелов на улице стихли, но, в какой-то момент я потеряла счет времени, поэтому не понимала, уложилась я в отмеренные мне десять минут или нет.

Я осмотрела номер, не понимая, что ищу. Кристи был мертв, а значит мне пора было уходить. Посмотрев на него в последний раз, я подошла к двери и распахнула ее, а затем резко отшатнулась назад. Прямо на меня было направлено черное дуло пистолета, который уверенно держал в своих руках Дженсен.