Книга Внутри невидимых стен, страница 72 – Хамки

Хамки поежился, словно от холода.

— Мои предки сумели восстановить свою родину, вновь увеличить популяцию. Был создан второй, куда более мощный и многофункциональный АПОСТОЛ, но главное – к нам пришло осознание, что, будь у нас чуть меньше времени на подготовку или потрать мы его менее рационально, наш вид был бы обречен. Как оказалось, счет шел на месяцы… Месяцы, Макс, из многих на тот момент десятков тысячелетий существования саланганской цивилизации. Не успей мы до нападения включить семь из десяти эшелонов энергетических батарей, питающих огневые башни АПОСТОЛа, нас бы истребили. Понимание этой простой истины всеми саланганцами стало тем, что и позже многократно спасало нас, позволяя минимизировать военные потери. А войн было еще много. Справедливый мир Салангана нам не раз приходилось защищать с оружием в лапах.

Хамки замолчал, а Макс от растерянности не смог даже открыть рот. Его разум пытался, но не мог подобрать подходящую реакцию на это неожиданное откровение. Макс никогда не видел своего маленького спутника таким подавленным, а чтобы он хлюпал и заикался – тем более!

— Не говори ничего, – вновь глядя в небо, сказал Хамки. – Просто задумайся. Это история и боль моего народа; у тебя нет мотивов скорбеть или горевать вместе со мной. Но то, что позади для саланганцев – впереди для зелирийцев и землян. Мы выиграли свой бой тогда. И не проиграли ни разу за всю нашу историю. На момент Исхода наша армия не имела себе равных во Вселенной, и вряд ли это изменилось. Но ваша Первая война еще впереди. Я не знаю, когда она будет, но не стоит тешить себя надеждой, что этого не случится. Случится обязательно. Вопрос один: кто выживет? Вы? Или ваш враг? И ответ на этот вопрос зависит только от ваших действий и усилий, – он повернулся к спецназовцу и улыбнулся. – Спи, Макс, тебе нужен сон. Да и я, пожалуй, вздремну. Прочистить голову не помешает.

Или парню показалось, или Хамки сказал это как-то… по-доброму, что ли. Может быть, он хотел в меру сил проявить заботу, предупредить. Но что могли изменить его слова? Этот фиолетовый зверь сам по себе был многократно древнее человеческой цивилизации, а его раса существует больше, чем человек вообще может представить. Ни обитатели Зелирии, ни люди… Макс понимал, что они просто не услышат, а если и услышат, то не воспримут его слов.

— Ты прав. Спокойной ночи, Хамки, – сказал он, направляясь к двери дома.

— Спокойной ночи, Макс, – донеслось вслед.

Поскольку уснуть Максу удалось лишь в середине ночи, то и позднее пробуждение было вполне логичным. Впрочем, только для него – выйдя из дома, он увидел остальных. Вельга, раскрасневшаяся после тренировки, сидела на краю колодца и отдыхала, а Лика, судя по запаху, уже приготовившая завтрак, расположилась на траве возле дома напротив и о чем-то разговаривала с Мисси. Девушка явно рассказывала что-то очень смешное, периодически кривляясь и корча рожи, а Мисси, словно забывшая о своей беде, заливисто и весело смеялась. Рыцарь иногда украдкой поглядывала на них, но подходить не решалась.

— Привет, соня! – Макс поднял глаза. На удивление довольный Хамки снова сидел на коньке крыши, свесив лапки и болтая ими в воздухе.

— Привет. Чему ты так радуешься?