Книга Убежище Ксинори, страница 126 – Хамки

Вот биолог и вывел этих существ, сумими, сделав их похожими на саланганцев – он знал, что чаще всего саланганцы похожи на хомяков, потому и придал им такую внешность. Гиперкомпенсация «задним числом», не иначе.

«Уничтожить планету за то, что тебя назвали «белкой»… – про себя поразился Макс. – Это не «не злые»… Это просто кошмар!.. И до чего же легко отделался я, постоянно величая Хамки хомяком… Чую, будь на его месте любой другой саланганец – я бы тоже не прожил и секунды»…

— О славных подвигах моих наиболее нервных собратьев рассказываешь? – Хамки возник в зале также неожиданно, как и исчез.

— Эм… – растерялась Финна, вмиг густо покраснев и, похоже, немного испугавшись. – Ну, я…

— Да не парься, – махнул лапой Хамки, – у меня куда больше компромата на наших ребят, чем у всех жителей Вселенной вместе взятых… Вот только это проблемы как раз этих жителей! Милости прошу, кстати, – в воздухе перед ним возник сосуд причудливой формы, переливающийся всеми цветами радуги. – Закусывать будешь?

— Саньеро Моргле?! – благоговейно прошептала девушка, круглыми глазами глядя на сосуд. – Авторское?! Так вы способны воссоздать даже такое?! – не дожидаясь ответа, она схватила медленно подплывшую к ней по воздуху бутылку и начала жадно вливать в себя содержимое. – Поверить не могу! Никогда не думала, что мне удастся попробовать это вино ещё раз.

— Ещё раз? – настала очередь Хамки удивляться. – Ты пила его раньше? Слышал, что его по галактикам искать и искать.

— Да, было дело, – кивнула Финна, зардевшись. – Поступил заказ на огромный туристический гиперпространственный лайнер. Заказчик оказался так доволен моей работой, что пригласил меня на первый полёт. Там мне и довелось попробовать бокал Саньеро Моргле.

— Простите, что отвлекаю, – проворчал Макс, которому снова была отведена роль «того парня, который нихрена не понял», – но это что, просто сивуха такая? Вино, которое хрен найдёшь? Чем оно так знаменито?!

Хамки с Финной переглянулись, а потом уставились на него круглыми глазами. Как на полного идиота.

— Макс, это вкуснейший напиток во Вселенной! – воскликнул Хамки. – Одно из немногих изобретений, которое саланганцы не повторили, не изобрели сами, а просто скопировали! Только наши технологии позволяют создавать его искусственным путём. Как изготовлял его автор – никому точно неизвестно. Он умер, унеся эту тайну с собой в могилу.

Говорят, кроме нашей саланганской «палёнки», доступ к которой, что логично, есть только у нас самих, и то по большим праздникам, спасибо «сухому закону», во Вселенной осталось около ста бутылок этого напитка. Цену можешь прикинуть сам.

Но теперь НОРА работает нормально, а значит ничто не мешает мне создать сколько угодно этой «сивухи». Бухайте, сколько влезет, хоть пока из ушей не польётся!.. Но я пить не буду. Дела-дела… – Он усмехнулся. Видимо, «сухой закон» его мира был для Хамки отнюдь не пустым звуком, даже когда он оставался единственным саланганцем на всей планете.

Финна тем временем опустошила бутылку до дна, и её щёки заметно покраснели.

— Это было невероятно, – восторженно прошептала она.

— Не сомневаюсь. Интересно, сколько суток ты сейчас кайфовала… Впрочем, неважно. Сейчас ты пойдёшь эту «сивуху» отрабатывать, – ухмыльнулся Хамки.