Книга Капитан Ульдемир: Наследники Ассарта. Может быть, найдется там десять?, страница 208 – Владимир Михайлов

Услышав такое распоряжение, офицеры мысленно, может быть, и пожимали плечами. Но службу все они понимали правильно – и помалкивали.

Так что войска теперь удалялись от Сомонта. вместо того чтобы стоять на исходных позициях для штурма Жилища Власти.

Никто – ни один офицер и ни один солдат – не боялся, конечно, что за лишние несколько суток Жилище Власти куда-то исчезнет, провалится в иное измерение и штурмовать окажется нечего. Собственно, они при этом ничего не потеряли бы – кроме разве Сокровищ Ассарта, которые на самом деле (как не без оснований полагали многие) давно уже существовали разве что в воображении.

На Цизоне, едва успев вынырнуть из сопространства, командир «Алиса» Георгий и Советник Властелина запросили разрешения не только на посадку. Они передали также, что испрашивают аудиенции у его величества, короля Лесоды, самого значительного из цизонских государств. Поскольку они представились полномочными представителями Власти Ассарта и прилетели с добрыми намерениями для ведения важных переговоров, аудиенция состоялась сразу же после посадки.

Переговоры прошли благополучно. Король, чье государство и было атаковано силами Ассарта в начале войны, охотно разрешил забрать занятых на тяжелых работах пленных ассаритов взамен на (это было ему клятвенно обещано) возврат на Цизон тех его солдат, что хотя и не были пленными, но все же бедствовали (как королю было сказано) на чужбине. Тем более что и переправка пленных на Ассарт, и – главное – возврат подданных Цизона должны были осуществиться за счет Ассарта, который молчаливо признавался виновной державой.

То, что на опасной планете власть перешла к другому представителю династии, его величество нимало не смутило, поскольку его заверили, что все законы и традиции при этом свято соблюдались.

Транспортам было позволено сесть, и посадка трех тысяч ассаритов началась уже через несколько часов.

А еще через шесть с половиной часов транспорт и «Алис» стартовали. То было первым этапом операции.

Дело было не в сокровищах, а в лесах далекого, но все же не очень, от столицы донкалата Самор.

Если не считать находившегося в противоположном полушарии Ассарта Резервного Центра обороны, который в начале войны подвергся мощной атаке десанта, но устоял, уничтожил обрушившиеся на него силы – но остался при этом без боеприпасов, транспорта и связи, иными словами, был как бы надолго выключен из борьбы за власть на планете, – итак, если не считать этой базы, на Ассарте, по имевшимся у Предводителя Армад сведениям, существовала всего лишь одна реальная сила, способная помешать успешной реализации планов. И до последнего времени она располагалась именно в труднопроходимых тропических лесах донкалата Самор. Силой этой была армия, которую Ги Ор назвал своим офицерам партизанской – несмотря на то что в войсках Десанта Пятнадцати такой термин не употреблялся хотя бы потому, что был просто неизвестен, генерал же Ги Ор его помнил (по очень давним, наверное, временам своей жизни). По его словам, правитель Самора, донк Яшира, своевольный и самолюбивый, еще в самом начале войны против Десанта понял, что с имевшимися у него силами местной самообороны он противника никак не сдержит; и потому, разумно заключив, что спасать нужно то, что можно спасти, а чего нельзя – за то не стоит и цепляться, объявил свой главный город Шират открытым и вместе со всеми, кто в состоянии был носить оружие, укрылся в джунглях. Десантники кинулись было за ним; однако, наткнувшись на болота и засеки, покусанные змеями и до костей изъеденные кровососами, потеряв немало людей, расстрелянных из хитроумных засад, предпочли махнуть рукой на сбежавших и, вернувшись в Шират, некоторое время пользовались благами приятного города. Когда же стало известно, что решающее сражение развертывается под Сомонтом, десантники были срочно отозваны туда – и теперь уцелевшие входили в состав армии Предводителя Армад. Донк же Яшира, по сведениям, циркулировавшим среди местного населения, – хотя и трудно было ручаться за их достоверность, – до сих пор не покидал пределов своего донкалата, поскольку его никто об этом не просил.