Книга Капитан Ульдемир: Наследники Ассарта. Может быть, найдется там десять?, страница 116 – Владимир Михайлов

Его втащили в хорошо освещенное просторное помещение, где находилось до десятка так же одетых и тоже вооруженных парней. На правом плече у каждого золотом было вышито стилизованными под старину литерами: «В Д П».

Один из приведших его сказал парню, стоявшему у двери, что вела, скорее всего, в другую комнату:

— Доложи Смарагду: схватили одного – бродил тут по нашим местам.

Тот, у двери, нахмурился:

— Приказ был никого не пропускать! Великий донк отдыхает.

— Вот мы и не пропустили.

— Кто он такой – спрашивали?

— Наше дело было – взять.

На сей раз вопрос был задан уже прямо историку:

— Ты кто таков? Да вытащите у него кляп изо рта!

Тряпку вытащили вовремя: историка и так уже едва не стошнило. Он с трудом отдышался, проглотил комок.

— Я – Главный Композитор Истории при Властелине Изаре…

Великая Рыба: в который уже раз приходилось ему представляться за последние дни!

— Гм, – сказал спрашивавший, и в голосе его было сомнение. – Не знаю – может, Смарагд и захочет с ним потолковать. Пойду доложу. А вы тут глядите, чтобы не улизнул.

— От нас?!

Докладчик скрылся за дверью.

— Пить хочу, – пожаловался Хен Гот.

— Потерпишь!

Терпеть пришлось еще несколько минут. Потом дверь распахнулась, и тот, что ходил на доклад, появился снова. Лицо его было строгим. Выкрикнул громко:

— Почет!

Все вытянулись и тоже стали глядеть сурово.

Послышались уверенные шаги – и в комнату вошел высокий, надменно взирающий – сверху вниз – на всех, кто тут был, вельможа; даже не зная, нельзя было бы определить его иначе. Был он в тяжелом халате окробского (что за морем) шелка с золотыми разводами и клювастыми птицами. Остановился посреди комнаты. Шевельнул бровью:

— Кто тут?

Историка вытолкнули вперед. Вельможа глянул на него так, что кольнуло под сердцем.

— Не слышу ни слова! – как бы с удивлением проговорил вошедший.

Хен Гот тут же получил крепкий тычок сзади, пошатнулся даже. И кто-то громким полушепотом прогудел в самое ухо:

— Говори же: «Почтительно преклоняюсь перед Великим донком, чье благородное имя – Намир Сега Эпон-а-Лиг-а-Плонт».

Историк послушно повторил, стараясь не сбиться: знал, что вельможи весьма обидчивы.

Великий донк внимательно слушал. Усмехнулся уголком рта.

— Итак, ты назвался Главным Композитором Истории, чиновником Изара?

Вот так: просто Изара. Не «Властелина». Но Хен Гот спорить не стал.

Великий донк Плонтский продолжал:

— Что же, любопытно будет с тобой побеседовать. Об истории, да и вообще – обо всем на свете.

Кивнул – никому в особенности:

— Буду с ним разговаривать у себя. На всякий случай руки ему свяжите. И обрызгайте чем-нибудь: от него так и несет женской спальней. Наверняка лазит тут горничным под юбки, а может, и не только им, а?

Окружающие заржали – но пристойно, весьма негромко. При вельможах ржать громко позволено только лошадям.

«Великая Рыба, – подумал Хен Гот, – и почему я не умер раньше?»

Впрочем, ему и сейчас не хотелось умирать.

1

Странно чувствовала себя Ястра, Соправительница и Жемчужина Власти, готовясь появиться перед донками – впервые в жизни выступить в роли владетельной особы, не чувствуя рядом с собой Изара – как бы самого близкого, но на деле наиболее, может быть, враждебного ей и обладающего решающим голосом. Сейчас право повелевать – во всяком случае, теоретически – принадлежало ей, и она собиралась в полной мере им воспользоваться. Но не совсем так, – а может быть, и совсем не так, как желал того Изар. Хотя целью обоих оставалось одно и то же: предотвратить распад Единого Ассартского государства. Ведь на самом-то деле донки согласились собраться здесь вовсе не для того, чтобы защищать ее от Охранителя или кого угодно другого, – что бы она там ни рассказывала доверчивому историку…