Книга Последняя Ветрожея, страница 19 – Дженнифер Адам

Пурпурно-белый цветок, напоминающий очертаниями колокольчик, качнулся, когда пони обошёл его, выдернув Бриду из мрачных размышлений.

— Эй, Лопух! Стой! – крикнула Брида, натягивая поводья.

На сей раз пони послушался, остановившись в наилучшем месте, чтобы она могла спрыгнуть и сорвать один из цветков.

Брида крутила стебель в пальцах, разглядывая растеньице и пытаясь вспомнить, как же оно называется – эх, почему она не догадалась взять с собой свою книжицу с набросками! – но в одном она была уверена: оно важное.

Когда она аккуратно положила цветок в одну из седельных сумок, Лопух вдруг поднял голову и фыркнул. Его мышцы затрепетали, и он прижал уши.

— Что такое? – спросила девочка, поглаживая его по шее. – Что случилось?

Пони ткнулся носом в её колено и тихо и настойчиво заржал.

В груди у Бриды занялся уголёк беспокойства. Пони вёл себя странно всё утро. Что он почуял?

Девочка вздёрнула подбородок, позволив ветру играть своими волосами, и обвела взглядом луг. Она не увидела ни лисы, ни койота: ничего, что могло бы объяснить волнение пони…

Лопух ткнулся мордой ей в живот. Брида моргнула и нахмурилась, но тот и не думал шутковать. Страх обвёл его глаза белым, ноздри тревожно раздувались.

Опасность?

Когда девочка забралась в седло, пони шарахнулся вбок, голова его заходила из стороны в сторону. Брида старалась держать поводья легко и уверенно, позволив пони скакать галопом к опушке.

Лопух проскочил под чередой низко нависающих веток и замедлился, переходя на рысь. Когда луг почти скрылся из вида, он остановился и навострил уши.

Сердце Бриды нервно бухало в груди, но она устремила взгляд туда, куда смотрел её пони, и стала ждать.

Ждать пришлось недолго.

Внезапная дрожь ветра пробежала по лугу, пригнув траву и заплетя её инеем. Лезвие жгучего холода ударило деревья, и дыхание Бриды паром вырвалось изо рта, а сама она покрылась гусиной кожей. Потоки магии, стремительные и странные, вились вокруг, и у девочки закружилась голова от дурманящих приливов энергии.

Выскользнув из седла, она потянула Лопуха подальше под сень деревьев, надеясь спрятаться, и выглянула из-за куста.

Что-то барабанило на грани слышимости, этот звук она ощущала прямо-таки костями. Лопух напружинил мышцы.

И тут Брида увидела лошадей.

Белая кобыла скакала первой, её грива и хвост развевались растрёпанными лентами. Визжащий ветер подхватывал грязь и лесной сор, закручивая их в штопор, шквальные порывы с рёвом проносились мимо деревьев, выхватывая воздух из лёгких Бриды.

Голубовато-чалая кобыла скакала следом, волоча за собой струи дождя, которые били по траве и собирались в лужи по всему лугу. Брида закусила губу, когда лошади свернули в сторону от деревьев и скрылись из вида, преследуемые гнедой кобылой с белыми пятнами по крестцу.

Когда летящая галопом гнедая кобыла подбежала ближе, Брида увидела, как в воздухе заискрилась, закружила снежная позёмка. От копыт лошади потянулся иней, оставляя позади белые шрамы.

В следующий миг иззубренная молния и взрывной гром так перепугали Бриду, что она прикусила язык и думать забыла о снежной кобыле. Но вот появился ещё один конь – это был чёрный жеребец с кривоватой белой звёздочкой на носу, – галопом летевший следом за остальными. Искры собирались в его гриве и хвосте, пока с неба ему под копыта не ударила молния, а за ней следом прокатился гром. Земля задрожала, и в воздухе запахло опалённой землёй и немного металлом.