Книга Холодная, хрупкая, нежная, страница 76 – Дарья Кузнецова

За время жизни среди оборотней мы с Витой привыкли к местной одежде. Может быть, не так красиво, как привычные струящиеся, лёгкие ткани наших платьев и туник, но зато не менее удобнo, уютно и – что важно особeнно для меня – тепло. Но ради праздника, конечно, достали собственные одежды, благо оборотни оказались настолько добры, что привезли с корабля все наши вещи – и платья,и украшения.

Выбрала любимое – голубое, под цвет глаз. Струящаяся юбка, открытые плечи, длинные рукава – узкие до локтя, а дальше широко расклёшенные, с длинными «хвостами», спадающими почти до колен. Свободный серебряный пояс из расшитого едва заметным растительным узoром шёлка, серебряная тиара с бриллиантами и тонкими цепочками затейливогo плетения, кулон из комплекта – собственное отражение вызывало удовлетворённую улыбку, в таком виде не зазорно появиться на любом приёме.

Чтобы оставить мои волосы распущенными, как и положено в подобном торжественном случае, Вите пришлось изрядно потрудиться, стойкое и достаточно долговечное заклинание требует усилий и времени. Иначе ей пришлось бы неотступно следовать за мной, а я не хотела портить подруге праздник: в отличие от меня, она любила шумные увеселения.

Но результат того стоил. Блестящий шёлк безупречно белых – фамильная черта императорского рода – волос укрыл меня мягкой накидкой до середины бедра. И до завтрашнего утра они не будут путаться, цепляться за украшения и предметы мебели, а продемонстрируют идеальное послушание. Одни из тех мелких бытовых чар, которые у нормальных эльфов выходят рефлекторно и возможности пользоваться которыми я лишена.

С Витой рядом мы смотрелись словно зима и весна: у неё золотистые,тёплогo оттенка волосы, и наряд она выбрала смелый – зелёный с красной отделкой. Яркое сочетание, которое очень ей шло, как и рубины в золоте. Управились мы точно к приходу мужчин.

Местные толстые стены и каменные двери не располагали к тому, чтобы вежливо оповещать о своём визите и спрашивать разрешения стуком, магию по таким пустякам не расходовали, так что у оборотней сложился свой простой ритуал.

Вежливость требовала приоткрыть дверь до едва заметной щёлочки – ровно настолько, чтобы можно было окликнуть находящихся внутри и спросить позволения. А если хозяин вовсе никого не хотел видеть – к его услугам имелась увесистая металлическая задвижка, не позволявшая двери поворачиваться.

Дождавшись нашего разрешения, Миродар вошёл и замер на пороге, не сводя с меня восхищённого взгляда. Знакомая реакция; в тех редких случаях, когда я появлялась на публике, мужчины нередко провожали меня подобными. Но именно в этих глазах читать восторг было непривычно приятно.

–Мир, ну ты застрял, что ли? - окликнул его Горислав и толкнул в плечо. Видимо, не рассчитал силы, потому что оборотень буквально влетел внутрь, сделав несколько торопливых шагов, чтобы не упасть. Вита захихикала, а вошедший следом Гор присвистнул, окинув нас взглядом: – Да, понимаю, есть от чего ошалеть. Вы готовы?

–Вполне, - отозвалась подруга. – Пойдём, пока я не умерла от любопытства, – и она, подхватив огромного мужчину под локоть, потащила его к выходу.

–Извини, я действительно растерялся, - Миродар осторожно взял мою ладонь, поднёс к губам. Не склонился, как того требовал привычный этикет, а потянул к себе. Шёлк рукава скользнул по предплечью, собрался у локтя. - Ты... Вы выглядите изумительңо, Ами. - Тепло дыхания на коже, мягкое прикосновение губ к тыльной стороне ладони.