Книга Холодная, хрупкая, нежная, страница 50 – Дарья Кузнецова

Печальная ирония : в одиночестве я не выживу, потому что не сумею о себе позабoтиться, но любое общество в конце концов начинает тяготить, даже близкие и хорошо знакомые существа. Насколько помню, так было всегда,и уже не узнать, в чём причина: мой характер и дар требуют одиночества или ограниченный круг общения выработал привычку. Я больше склонялась к первому варианту, потому что… У Виты-тo такая привычка не выработалась, а она со мной с самого детства.

Переодевшись ко сну, я с огромным облегчением забралась под лёгкое, пушистое одеяло и откинулась на подушку, после чего рассеянно уставилась в потолок, намереваясь обдумать всё произошедшее за этот долгий и трудный день. Но оказалось,что приключения и потрясения так вымотали, что сон накрыл почти сразу. То есть не совсем сон, а… работа. То, для чего Великая Мать создала мой дар. Благо отдых телу и разуму это давало не худший.

Миродар Подпалый

–Веритэль, можно зайти на пару слов? - окликнул я девушку, которая уже собиралась шагнуть в свою комнату.

–Что стряслось? - обернулась Дарёна.

–Ничего, просто хочу кое-что уточнить, - отмахнулся от вопроса.

Тётя пренебрежительно фыркнула, сверкнула глазами, но воспитывать меня, к счастью, не стала и даже спокойно оставила наедине с эльфийкой. Та несколько секунд мерила меня растерянным взглядом, но потом опомнилась и неуверенно кивнула.

Когда мы прошли в комнату, женщина замерла посреди помещения, следя за мной напряжённо, с вопросом в глазах – как будто готовилась принять бой.

–Чего вы хотели?

–Спросить кое-что о её высочестве, – ответил, жестом предложив сесть. Спорить она не стала , и мы устроились на высоких стульях через стол.

–Я не желаю обсуждать её за глаза, это низко, – нахмурилась эльфийка.

–Ничего такого, что может быть неприлично или вредно для неё, одна маленькая странность, - возразил я. - Я могу спросить и у неё, но… вряд ли её это обрадует, правда?

–А вот это уже подлo! – задиристо возразила Веритэль. - Вы же видели, какая она уязвимая!

–Вы очень к ней привязаны, – заметил задумчиво. - Но не родственники. Полагаю, просто давно знакомы. Выросли вместе?

–Да. И что из этого? Если вы намерены шантажировать меня или её,то…

–Не говорите глупостей, – оборвал я, недовольно поморщившись . – Если бы мы до такой степени не считались с методами, то куда проще было сразу надавить на вас или на неё и получить исчерпывающие ответы на вопросы. Почему-то мне кажется, что ни вы, ни она не умеете терпеть боль. Я уж не говорю о том, что есть ещё ваши сородичи с корабля, о судьбе которых вы всё равно не узнаете.

–Они по–прежнему живы? - спросила девушка насторожённо, но – без явного удивления.

–Живы, - кивнул спокойно. - Но находятся сейчас не здесь, далеко. Чтобы не было соблазна попытаться сбежать.

–Почему я должна вам верить? - вновь упёрлась она.

–Потому что я с вами разговариваю? – предположил насмешливо. - Бросьте, Веритэль, вы прекрасно понимаете, что я прав. И что мы действительно не хотим ничего плохого.

Согласитесь, было множество возможностей причинить вред вам обеим.

Ο том, что чутьё решительно возражало против такого развития событий – необъяснимо, но категорично, - я говорить, конечно, не стал. «По-хорошему» – это не значит, что нужно позволять сесть себе на шею. Пусть лучше считает всё это жестом доброй вoли.