Книга Щепотка пороха на горсть земли, страница 76 – Дарья Кузнецова

Дмитрий глубоко вздохнул, проводив ведьму взглядом. Девушка в этот момент уже взобралась на полати за занавеску, и снаружи виднелись светлые маленькие стопы. Анна то тянулась куда-то вглубь спального места, то подавалась назад, и тогда в поле зрения попадали округлые бедра, в таком положении очень туго обтянутые тонкими чиньскими штанами.

Он несколько мгновений понаблюдал за этим волнующим зрелищем, потом насилу оторвал взгляд и предупредил:

— Я на двор выйду.

По-хорошему, и все принципы требовали именно этого, ему сейчас следовало уйти на постоялый двор. Здесь уже, если верить местным, на нежить не наткнешься, а город небольшой, за час всяко дойдет. И он даже был готов на этот шаг, несмотря на накатившую усталость, и даже дождь готов был потерпеть… до того момента, как вышел из ведьминого дома.

Дождь продолжал шелестеть по листве, окрестные деревья гасили ветер, не позволяя ему разгуляться, но все равно даже здесь задувало. А самое главное, дождь принес за собой холод. Дмитрий не мог бы сказать, насколько сильно упала температура, но стоило шагнуть на крыльцо, как по телу прошла зябкая, противная дрожь. А стоило представить, что сейчас придется опять натягивать мокрую и холодную одежду, как вся решимость разом выветрилась.

И за те несколько минут, пока он нашел позади дома немудреные деревенские удобства и вымыл руки под висящим там же умывальником, Косоруков успел заметно подмерзнуть. Конечно, можно попытаться пробежаться и, даст Бог, не окоченеть за время дороги, но…

Еще с минуту постояв на крыльце, он плюнул на собственную совесть и вернулся в домашнее тепло, пахнущее травами. Если ни Анну, ни всех остальных, включая священника, не беспокоят вопросы приличий, то с чего упираться ему?

Кажется, он до сих пор не мог отделаться от первого впечатления и продолжал считать Анну благовоспитанной девушкой из приличной семьи. Несмотря на ее одежду, револьвер и все остальное. А стоило бы вспоминать деревенские нравы, которые всегда были проще. Не впервой же, что он так за эти приличия вдруг уцепился?..

С мысли сбила вышедшая в сени Анна.

— Я постелила, можешь укладываться. Но, чур, я у стенки. Там очень холодно?

— Там мокро, — ответил Дмитрий. — Накинь что-нибудь, простудишься.

— Ой да ладно, как будто зима.

— Послушай умного человека, — неожиданно поддержала его ведьма, вышедшая в сени со старой и потертой стеганой душегрейкой в руках. Вторая, почти такая же, была надета на ней самой. — На, накинь. И пойдем, поможешь. А ты иди, иди, мужчина мне без надобности, — махнула она рукой на Косорукова, не дав тому слова сказать.

Джия сунула ноги в легкие тапочки, выудив их из-под лавки, молча подождала, пока гостья обуется, и кивнула на дверь, веля выходить первой.

— Чем я могу тебе помочь? — полюбопытствовала Анна, когда они вышли на крыльцо.

— Скорее, я тебе могу. Мне казалось, ты хотела что-то спросить наедине.

— Хотела, — вздохнула градоначальница и слегка смутилась. О проницательности и понятливости Джии она знала, не удивлялась, но все равно не была готова к этому прямо сейчас.

— Про него? — легко сообразила ведьма и выразительно кивнула на дверь за спиной. — Хороший. Шаоци точно сказал бы, но по мне — он тебе подходит. Уж точно куда больше, чем все горожане, вместе взятые.