Книга Эпилог к концу света, страница 57 – Дарья Кузнецова

Чингар говорил, что есть и другие руины, но – какие они? Более грандиозные или от других городов осталось только бессистемное нагромождение камней? Жалко, спрашивать инчиров бесполезно, они просто не поймут, что меня интересует, а если поймут – вряд ли сумеют ответить. Если у них даже эта статуя была нeдостойной упоминания мелочью, что еще может найтись в других местах? Увы, тут только смотреть своими глазами, больше ни одного достойного доверия источника у меня нет.

Плащ-накидка с капюшоном отлично укрывал от сырости и ветра, ровная дорога охотно стелилась под ноги, и прохлада была даже кстати: гораздо лучше, чем топать под палящим солнцем. Сначала улицы петляли, потом я вышла на одну очень широкую, которая плавной дугой заворачивала вправо, к бухте. Именно туда, где, по моим прикидкам, должен был выгибаться над водой мост. Не думаю, что древние зодчие ограничились всего одним, но рисковать не хотелось. Здесь я хотя бы уверена, что переправа цела, а что осталось от остальных, ближе к Небесной Деве, большой вопрос. Положим, магия-то их берегла, но там рядом горы,и мост легко могло погрести под обвалом. Рисковать и тратить несколько часов на проверку совсем не хотелось.

На мосту я на некоторое время задержалась,чтобы вдоволь полюбоваться видами – и на сизое, взволнованное море, усыпанное светлыми крапинками далёких волн, кажущихся отсюда совсем крошечными, и в другую сторону, на дальнюю оконечность бухты, укутанную у самого устья ущелья дымкой водопада. Отсюда его было не видно, но зато прекрасно слышно – по ровной глади бухты рокот воды докатывался, почти не ослабленный расстоянием. И я пообещала себе найти возможность взглянуть ещё и на ущелье или хотя бы подобраться к нему на возможно близкое расстояние.

Судя по обшарпанному виду прибрежных домов, бухта защищена не так уж хорошо, и когда ветер дул прямо в её устье, здесь бывало опасно. Вон из окон домов свисают серые клочья принесённых давним штормом водорослей, а улицы засыпаны песком и прочим мусором, да и сами здания гораздо более потрёпанные, чем вдали от бухты.

Вторая половина пути оказалась чуть более увлекательной. На дороге попалась одна из башен,и я посчитала её достаточно крепкой, чтобы осмотреть внимательнее. Потратила на это в общей сложности около часа – пока поднялась на этакую верхотуру по узкой винтовой лестнице, пока осмотрелась, пытаясь понять назначение постройки.

Правда, результат осмотра оказался не столь интересным, как мог бы. Никаких дополнительных комнат эти стены не вмещали, только длинную-длинную спираль крутой лестницы вокруг головокружительно-бездонного центрального колодца и небольшую площадку наверху, открытую всем ветрам. Εсли на башне и было когда-то нечто интересное, утраченное со временем, оно наверняка располагалось именно тут.

Сидя на парапете, я дала отдых ногам и наскоро перекусила лепёшкой с сыром и парой клубней чапти – не то фрукта, не то сладковатого овоща,который местные выращивали в земле и ели в любых видах – и сырым, и жареным,и тушёным, и сушёным.

Отсюда открывался изумительный вид на город,которым можно было не только любоваться очень и очень долго, но и вынести практическую пользу. Я, например, сумела прикинуть дальнейший маршрут и разглядеть возможный вход в пирамиду у подножия статуи. И с новыми силами двинулась дальше.