Книга Эпилог к концу света, страница 106 – Дарья Кузнецова

— Стай, мне кажется,ты гораздо бледнее, чем обычно. Может, тебе прилечь?

К счастью, скопом на меня не накидывались, но, пока добралась до целителей, наслушалась всякого. В ответ на приветствия и беспокойство о здоровье старательно дружелюбно скалилась и собирала в кулак всё своё воспитание и вежливость. Останавливалась перекинуться парой слов, задать пару таких же общих вопросов: последнее дело рычать и огрызаться, когда о тебе искренне беспокоятся. От других высказываний молча скрипела зубами в бессильной злобе, понимая, что спорить бесполезно, сплетня пошла в народ, а на полноценный скандал с угрозами в таком состоянии не хватит сил.

В итоге до целителей я шла с четверть часа,и к тому моменту, как доплелась, они как раз закончили. Увы, в этот раз конец был печальным: когда я всё же добралась, Майан отослала одну из девoчек за Микаром, а Карчин вдумчиво и аккуратно расплетал косу на виске молодого воина. Смотреть на него я не стала,только мельком отметила залитую кровью развороченную грудь. Вот выяснится, что я могла бы его спасти, окажись здесь в полной силе,и толку от этих мыслей?

— А тебя-то чего принесло?! – проворчала Майан вместо приветствия. - Спи да ешь, сил набирайся, нечего тебе тут делать!

— Да я, собственно, за этим и пришла. У тебя есть какое-нибудь средство, помогающее восстановиться после большой потери крови? Или Микар меня именно им поит?

— Им, да не тем. - Хмурая складка на лбу целительницы разгладилась,и инчира взглянула на меня гораздо теплее. - Пойдём, я тебе еще кое-что дам.

— А-а... - я выразительно кивнула на лежащее тело. – Не отвлекаю?

— Нет, - она устало вздохнула. - Микар и Карчин сами всё сделают, это мужское дело.

— Похороны? А как, кстати, у вас вообще происходит прощание с покойниками?

— А ты не знаешь? – она бросила на меня озадаченный взгляд. – Ты же дочь Микара!

— Ну... Что Микар совершает некие сакральные действия, помогая духам спокойно покинуть тело, я в курсе, а подробнее не знаю. Он же сам этим занимается, без моего участия, а самой спросить раньше как-то к слову не приходилось, - пояснила я.

— Ах да, откуда бы тебе знать, - опомнилась она.

К этому вопросу инчиры, оказывается, подходили достаточно спокойно – в той степени, в какой это возможно при потере близкого, родного существа. Самым важным считалось отпустить дух, а после его ухода тело оставалось просто пустой, бесполезной оболочкой, поэтому над ним особенно не тряслись: предавали огню, а пепел потом практично использовали для удобрения.

Помогали Микару в его деле обычно ближайшие родственники того же пола, что и покойник, в нынешнем случае – сын или отец. Но в отсутствие родни это мог сделать друг или вовсе кто-то посторонний, как Карчин сейчас. В качестве подготовки следовало снять обувь и украшения, развязать узлы и распутать волосы, лучше всего расчесать их.

Интересно, что у нас погребальный обряд состоял почти из тех же самых элементов. То есть покойнику расплетали родовую косу, обряжали его в белый балахон без завязок и сжигали, после чего пепел закапывали у корней родового древа или, если до последнего не было возможности добраться, просто развеивали в лесу, над рекой или пускали по ветру – в зависимости от того, какая стихия покровительствовала роду. Просто совпадение?