Книга После войны, страница 122 – Дарья Кузнецова

Через некоторое время я обнаружил и второго мага; почти случайно, настолько он сливался с фоном. На вид он действительно походил на сталейца, полностью соответствуя описанию "языка". Был худощав даже до болезненности, что особенно бросалось в глаза при рассеянном свете пятка свечей; под глубоко посаженными глазами пролегли тени, заострённый нос и впалые щёки придавали довольно приятному, в общем-то, лицу, жутковатый вид, делая его обладателя похожим на мертвеца.

К слову, сталейцы хоть и были союзниками Домании в минувшей войне, крайне негативно относились к нежити. Чуть ли не все поголовно они были очень верующими и убеждёнными крестопоклонниками, и вполне логично считали подобное существование противоестественным. Так что хоть номинально Сталея поддерживала свою северную соседку, но реально воюющих на стороне альянса представителей этой страны было ничтожно мало.

Менталист сидел в тёмном углу почти неподвижно, лишь иногда поднося к губам кружку с каким-то напитком, и его окружало отводящее глаза поле, причём очень хорошее; я сумел заметить мага только потому, что сфокусировано оно было внутри комнаты, а меня цепляло только самым краем.

— Мужики, а сгоняйте кто-нибудь в подвал за пивом, — лениво протянул атаман, заглядывая в свою кружку, нарушив общую монотонность звуков и действий часа через два моего наблюдения, когда я уже и сам забыл о своём существовании, сосредоточившись на происходящем внутри комнаты.

— Матая послать надо, — хехекнул косматый, похожий на медведя увалень, один из картёжников.

— Так нет его, — откликнулся проснувшийся при слове "пиво" усатый молодец залихватской наружности, сладко потягиваясь.

— Как нет, а где он? — повернул к нему голову атаман.

— Так с утра уж нету, — отозвался ещё один. — Он с Валенком и Лешим в деревню напросился.

— А эти-то двое что там забыли? — водник даже книжку отложил и сел. Как назло, по-прежнему ко мне спиной. Было такое ощущение, что этого экс-офицера я уже где-то видел, но всё никак не мог вспомнить, где именно.

— Да вроде грабануть кого-то собирались; но так, по мелочи. Да ты не нервничай, они ж парни стреляные, всё по уму сделают, никто не докопается.

— А мальчишку-то с собой зачем тащить? — недовольно прогудел косматый.

— А что ему, век что ли "подай-принеси" быть? — хмыкнул ещё один картёжник, неприятный щуплый типчик скользкой наружности. — Небось, не обидят.

— Твои б слова, да богам в уши, — вздохнул атаман, расслабляясь и вновь утыкаясь в книгу.

— А кто знает, в какую деревню они пошли? — спросил, крутя головой, коренастый мужичок с плоским рябым лицом.

— Да вроде в Хвосты, а в чём разница? Там вроде какая-то бабка живёт на отшибе, есть чем поживиться, и не услышит никто. Валенок давно на неё облизывается, уже не знаю, что она ему сделала, — хмыкнул усатый.

— В Хвосты? Бабка на отшибе? — нахмурился рябой. — Как бы беды не было! В народе бают, что у бабки Марьки на постой офицер какой-то остановился, и дом у неё как раз на отшибе.

Атаман вновь насторожился; я тоже, едва не потеряв концентрацию. Ох, чую я, придётся мне сейчас раскрывать инкогнито, и пытаться справиться с этой компанией до прихода основных сил. Простые мужики-то ладно, с ними проблем не будет. А вот с магами… маловато у меня шансов в прямом столкновении с ними, если, конечно, они умеют действовать в паре. Да, на моей стороне внезапность, но это не такой большой козырь в противостоянии с менталистом. Основную ставку надо делать на первый же удар, и этим ударом необходимо серьёзно навредить как раз сталейцу. Потому что с боевиком-стихийником я как-нибудь справлюсь, а драться с менталистами — хуже нет. Ну и, в идеале, всех простых бандитов нужно прибить. Так что надо чем-то массовым и очень сильным бить, чтоб наверняка, и фокус брать на менталиста.