Книга Абсолютное оружие, страница 80 – Дарья Кузнецова

— Нормального? — ещё осторожнее переспросила я, занимая один из отвергнутых штурманом предметов мебели. Вот уж действительно «не поняла». Вообще ничего.

— Я мужчин стесняюсь, — хихикнула белобрысая. Я посмотрела на неё с недоверием. На первый взгляд она производила впечатление весьма энергичного, уверенного в себе и общительного человека. Чем ей мужчины не угодили?

— И давно это с тобой? — задала я вопрос, имея в виду возможность какой-нибудь психологической травмы. Чем ещё объяснить подобную избирательность, я не знала.

— Это не фобия, — ничуть не обидевшись, качнула головой медик. — Я их не до истерики боюсь, просто стесняюсь мужского общества. Боюсь я только капитана и первого помощника, — ощутимо содрогнулась она. Я благополучно не стала уточнять, почему; из памяти никуда не делась история визита в компании с Райшем в Управление Флота и панического бегства служащей этого самого флота. — Недостатки воспитания; мой отец погиб, когда я была совсем маленькая, а больше в нашей семье мужчин не было — мама, я и две старших сестры. А здесь… видишь вот, распределили. К Млену, моему прямому начальнику, я привыкла; он мягкий, тихий и улыбчивый. А эти огромные мужчины боевой ветви вызывают у меня оторопь, — вздохнула девушка. — А женщин тут очень мало. Кроме меня и Тамми есть ещё следящая Кавини, она хорошая, но ей с нами не интересно, она уже слишком взрослая. Ещё есть несколько женщин из боевых, но их я тоже не могу как женщин воспринимать, — призналась она. — А тут — новое лицо, почти привычное. Почти — это я твои волосы имею в виду. Они такого странного цвета! Это врождённая мутация?

— Это не мутация, Иль, — хихикнула Тамми. — У нас Экси откуда-то очень издалека прилетела, может быть, из параллельного мира, или из далёкой-далёкой галактики, почему-то очень похожей на нашу.

— Так это правда! — ахнула Итаналли. — Подожди, но если это правда, то правда и… ты штурмовик?!

— Да, — решительно ответила я. — А это плохо?

— Не знаю, — растерялась медик. — Я не задумывалась. Если тебе нравится, то, наверное, хорошо. А тебя правда капитан тренирует? Сам?! Как ты с ним только общаешься!

— А почему это странно? — поинтересовалась я одновременно с презрительным фырканьем Тамми. — Он ведь довольно сдержанный человек, особенно для горячего. Почему ты его боишься?

— Это синдром жертвы, — неожиданно прямо и спокойно ответила Иля. — Он из нескольких проблем состоит; во-первых, я воспринимаю горячих в первую очередь как опасных хищников, а только потом — как людей, и нельзя сказать, что это так уж несправедливо. Во-вторых, это гены; самка в какой-то мере тоже жертва, которую должен завоевать — считай, «поймать» — самец. В-третьих, его воля здорово подавляет; не просто так он уже много лет является шер-лордом. Ну, и, в-четвёртых, мои личные трудности с мужчинами. Я же умом понимаю всё, что мне Тамми говорит, и ты можешь сказать. И что капитан меня не укусит, и что он для горячего очень сдержанный; это все отмечают. Но стоит его увидеть, или хотя бы представить, и у меня ноги начинают трястись от ужаса, потому что для меня это всё равно опасный дикий зверь, с которым очень страшно находиться рядом. Кирш вот объективно опаснее, но я его почему-то не так боюсь. С другой стороны, это всё равно лучше, чем вот как Тамми втрескаться, — и она злорадно показала штурману язык.