Книга Дым и зеркала, страница 195 – Дарья Кузнецова

— Ваше Величество, вы же знаете, что это может не помочь, — проворчал Дагор.

— Знаю, — легко согласился хозяин кабинета. — Всё, уйди с глаз моих, предателя я тебе выявил, иди работай дальше! Хотя нет, постой, — вдруг передумал он, когда Разрушитель слегка отстранился, перехватывая меня за руку. — Твоя красавица, по-моему, что-то хотела у меня спросить ещё в приёмной, но теперь стесняется. Спрашивай, — прозвучало это не как разрешение, а как приказ, и я не рискнула ослушаться.

— А кто та пожилая женщина в приёмной? — осторожно уточнила я, не поднимая глаз выше солнечного сплетения Его Величества. Вопрос всплыл в голове сам собой. А удивляться, как царь узнал о его существовании, почему именно его посчитал достойным ответа и как заставил меня о нём вспомнить, у меня не было ни сил, ни желания. — Она тоже у вас работает, как секретарь?

Несколько секунд повисела тишина, а потом царь вдруг совсем по-мальчишески восхищённо присвистнул; я даже подумала, что мне показалось, и рискнула проверить, бросив взгляд на его лицо. Нет, Его Величество действительно смотрел на меня с восторженным любопытством. Не к добру это!

— Дагор, береги эту женщину! — неожиданно заявил он. — Она мне ещё пригодится.

— В каком смысле? — испуганно выдохнула я, но тут же смутилась и поспешила отвести взгляд и опять спрятать лицо на груди своего мужчины.

— Не в том, в котором вы оба подумали. Ох, и лица у вас стали! — опять засмеялся хозяин кабинета. — Впрочем, чему я удивляюсь, ты же дочь Рошана, — уже не очень весело хмыкнул царь. Я не сразу сообразила, что последняя реплика не была связана с предпоследней. Хотела спросить, причём здесь отец, которого я, в отличие от матери, совсем не помнила, но вовремя прикусила язык. — Та, как ты выразилась, женщина, что ты видела в приёмной, это смерть собственной персоной.

— Смерть? — одновременно с Дагором растерянно переспросили мы.

— Ну, если уж совсем точно, то это одна из верных слуг Караванщика, — ответил Его Величество ироничной улыбкой. — Меня стережёт. Нет, Дагор, наоборот, — он с лёгкой насмешкой махнул рукой. — Она меня охраняет, а не поджидает. Но вы, во-первых, особо не распространяйтесь, а, во-вторых, она тоже не всемогущая, так что, подполковник, иди и работай. А то вдруг она расстроится, потеряв такую спокойную должность?

— Так точно, Ваше Величество, — опять перехватив меня за руку, коротко поклонился Дагор. Я запоздало вспомнила, что даже не поприветствовала правителя, входя в кабинет, и поспешила исправить эту наглость хотя бы прощанием, тоже склонившись в глубоком поклоне.

К моему облегчению, когда мы вышли, пожилой леди в вуали уже не было. А то я не представляла, как бы могла на неё теперь отреагировать.

— Дагор, а какое отношение к этой странной женщине-смерти имеет мой отец? — осторожно уточнила я, когда мы в сопровождении белоштанного покинули приёмную, быстро преодолели путь по коридорам дворца и погрузились в ожидавший у порога экипаж.

— Увы, понятия не имею, — он пожал плечами. — Твой отец был загадочной и противоречивой личностью, мне так и не удалось выяснить про него ничего конкретного, кроме того факта, что он имел манеры аристократа и великолепно владел саблей, — пояснил мужчина, и у меня не было причин ему не верить. — Ну, и того, что информация о его личности есть у царя, и он почему-то не хочет ей делиться. Мне кажется, Тай-ай-Ришад исполнял для венца какие-то важные щекотливые поручения, примерно как Тахир в своё время.