Книга История первого дракона, страница 57 – Дарья Кузнецова

В общем и целом это место несколько подавляло, но при этом неожиданно настраивало на умиротворённый лад. Почему-то вспомнилась старая-старая церквушка, в которую меня занесло случайным ветром в компании Сержа. Толстые её каменные стены отгораживали от внешнего мира маленькое тёмное помещение, тесное и душное от запаха воска и ладана. С деревянного иконостаса печально смотрели потемневшие от времени лики святых, и чудилось, будто в написанных по старым канонам глазах их стоят слёзы.

Я никогда не была верующим человеком, но в той полутёмной церкви у меня возникло ощущение, что я после долгой разлуки украдкой вернулась среди ночи в родной дом. Сердце замирает от желания окликнуть домашних, обнять, расцеловать, взахлёб проговорить всю ночь; но в то же время к горлу подкатывают слёзы щемящей нежности, заставляющей двигаться бесшумно, притворяться ночной тенью, чтобы случайно никого не разбудить.

Это ощущение было тогда столь новым для меня и так сильно напугало, что с того момента я старалась избегать церквей вообще. Впрочем, быстро пришла к выводу, что тут стоит не бояться, а восхищаться тонким знанием церковниками человеческой психологии.

А здесь и сейчас… Не было никаких церковных атрибутов и запахов. Только тишина была точно такая же, будто и ветер, и все живые существа стеснялись издавать здесь хоть какие-то звуки. И, кроме того, то и дело на краю зрения мерещилось… нечто. Будто там, за краем, возвышались незыблемые стены построенного в незапамятные времена храма.

— Какое странное место, — зябко обхватив себя руками, тихо проговорила я, невольно пододвигаясь к Сержу в поисках защиты.

— Чем? — удивлённо вскинул брови гаргулья. — Обыкновенные руины. Жаль, конечно, нет времени изучить подробнее, и никаких упоминаний не сохранилось, без них трудно судить. Но мне кажется, что вот там была длинная колоннада, перед стеной. И, кажется, храм занимал всё плато целиком.

— С чего такие выводы? — удивлённо обернулся на нас Ганс.

— Ну… — запнулся Серёга. — Жизненный опыт подсказывает. Сложно объяснить; я просто смотрю туда и вижу, что всё было так. Может, правда было, а, может, это только фантазия — в таких случаях археология сродни детской игре в кубики, когда из одного и того же набора каждый может собрать что-то своё.

— Что такое археология? — заинтересовался Михаэль.

— Это такая наука. Занимается поиском и извлечением из земли следов погибших цивилизаций.

— Зачем?

— Для истории, — растерянно пожал могучими плечами гаргулья.

Бедный Серёга! Вопрос "зачем вообще изучать историю?" всегда повергал его в ужасные муки непонимания. Для него нежелание её изучать было сродни нежеланию дышать, и поверить, что кто-то добровольно, просто так или из каких-то убеждений может отказаться от знакомства с историей окружающего мира, он не мог чисто физически.

— Если только, — задумчиво кивнул черноволосый воин, и мой друг облегчённо выдохнул. — Неуютно тут, — высказал своё мнение Кромм. — Пусто и слишком тихо. Ганс, а куда мы теперь-то едем? — окликнул он командира отряда.

— Сейчас, погодите, уже почти приехали, — отмахнулся тот, пристально вглядываясь в горы камней, будто в поисках чего-то очень важного. — Точно, вот оно, — с видимым облегчением Та'Лер придержал коня и спешился. Мы оказались на достаточно тесном пустом участке, огороженном особенно высокими грудами камней и даже, будто бы, какими-то остатками стены.