Книга История первого дракона, страница 110 – Дарья Кузнецова

— Не сказала бы, — я вздохнула. — Я примерно чего-то подобного и ожидала; но твои слова действительно кое-что объясняют. Есть ещё вопрос относительно этой упрямой личности; почему даже Лу ничего не высказала на тему отказа Стерха от своих божественных сил? Если все вы знаете, что сделал он это по собственному желанию, а не потерял их из-за катастрофы.

— Она его боится, — рассмеялся Мрак. — Не веришь? Зря. Стерх был одним из сильнейших богов. И, в отличие от Лу, которая при всём своём показном нахальстве, грубости и независимости, остаётся эльфийкой, то есть — весьма чувствительной женщиной, Стерх — человек. Причём человек даже по человеческим меркам тех лет весьма волевой и жёсткий, даже порой жестокий. Можешь себе представить, кем надо быть, чтобы даже угрюмые варвары сочли жестокосердным? Впрочем, другого его народ и не принял бы в качестве верховного бога. Это то, что известно всем вокруг. А теперь изнанка; при всём при этом он человек чрезвычайно совестливый, катастрофически замкнутый, неспособный высказать свои проблемы, неуверенный… Короче, там такой букет комплексов и фобий, — он устало махнул рукой. — Это, как мне кажется, уже благоприобретённые качества; или просто в короткой человеческой жизни они не успели проявиться, будучи загнанными в глубины подсознания. В общем, это я понимаю, что холодный жестокий громовержец — своего рода самозащита, Эо — чувствует. Но я психолог, а она обладает гипертрофированной и обострённой интуицией, замешенной на эмоциональной эмпатии. А все остальные разумно опасаются.

Я вздохнула. М-да. И поругаться-то на него теперь не получится. Жалко балбеса; что я, совсем изверг что ли? Но провести воспитательно-разъяснительную беседу придётся.

Потом мы ещё посидели, поговорили на более отвлечённые темы, обсудили грифонов, хозяева рассказали несколько интересных историй, я тоже кое-какие анекдоты вспомнила. В общем, болтали долго, пока я не раззевалась. Луна предложила поспать у них, а утром Мрак обещал отправить меня на корабль, и я не возражала: для выяснения отношений со Стерхом слишком хотелось спать.

— Стерх? — растерянно хмыкнул Рем, обнаружив бывшего бога сидящим на фальшборте юта. Корабль неторопливо и почти бесшумно скользил сквозь ночь, а зеленоватые огоньки, усыпавшие его от киля до верхушек мачт, делали Элу похожей на призрак. Освещение же на палубах, к счастью, было традиционного жёлтого цвета. — Ты что тут делаешь, да ещё с такой кислой физиономией?

— Да. Не спится, — вздохнул воин и махнул рукой. — Тревожно как-то.

— Предчувствие? — насторожился эльф.

— Похоже на то, — пробормотал Стерх. Потом опомнился и пояснил. — Нет, это точно не что-то смертельно опасное, да и вообще с нашей основной целью не связанное. По-моему, оно касается Васи, но тоже как-то странно. Сижу вот, думаю, что это может быть. Зря её Лу утащила, — он поморщился.

— Лу мало у кого спрашивает совета, но обычно она не склонна к откровенным глупостям, — дипломатично хмыкнул Рем. — Хотя тут я склонен с тобой согласиться. Было бы лучше, если бы эони осталась тут; она очень понравилась Элу.

— Не называй её так. Хотя бы при мне, — с излишней резкостью проговорил воин.

— Ревнуешь? — искренне опешил Рем. — Ко мне?! — совсем уж ошарашенно уточнил он. — Стерх, вот сейчас ты выглядишь полным идиотом.