Книга Мораль ментального мага, страница 108 – Дарья Кузнецова

Нередко находились те, кто намекал, будто всё это игра и манипуляция со стороны сильного мага, который грезит о власти. Сложнее всего в таких случаях было не рассмеяться «доброжелателю» в лицо. Кастет прекрасно знал, насколько тошнит Книжника от великосветского общества, от необходимости копаться в придворной плесени и выуживать из океана мелких страстей отголоски серьёзных проблем. Грёзы о власти? Да больше всего на свете менталист мечтал о том, чтобы оказаться подальше от столицы и дворца!

Вывод целителя о причинах первого срыва был однозначен: спусковой крючок не имел значения, подтолкнуть могла любая мелочь, а главная причина — в накопившихся напряжении и усталости. Цитрин долго терпел и выполнял свой долг, но в какой-то момент не выдержал.

Императору отчаянно не хотелось терять и заменять кем-то отлично зарекомендовавшего себя человека, чьими стараниями было раскрыто несколько заговоров, но дураком он не был и ценить людей умел, особенно верных и уникальных, да ещё в том случае, если дело касалось их жизни. Цитрин Книжник был слишком ценен, чтобы корона могла его потерять, и гораздо разумнее оказалось отпустить его в длительный отпуск. Конечно, самому магу эта идея не озвучивалась, но правитель не терял надежды вернуть его обратно.

Кастет помалкивал, хотя и знал об этом мотиве отца. Силой Цитрина во дворец никто не потащит, а если вдруг почувствует себя хорошо и согласится вернуться — что ж, самому наследнику будет только лучше в компании друга, но пока он искренне радовался за воодушевлённого и окрылённого новой работой Книжника. Времени на то, чтобы навещать его, у Кастета не было, но активной переписке это не мешало. Лёгкость ощущалась не только на словах, а в самом тексте коротких писем.

Поделился Цитрин и новостью о том, что влюбился в студентку. Поначалу Кастет насторожился, но запросил досье на девушку и её ближайших родственников, навёл справки и успокоился. Талантливая, отличница, из приличной семьи, да ещё частично одарённая. С женщинами Книжнику не очень-то везло: либо мешали их личные качества и меркантильные интересы, либо обычная проблема менталистов с ближним кругом, и вдруг такая удача! И шанс на благосклонность предмета нежных чувств, кажется, был неплохой.

Кастет от всей души желал другу удачи. Тот испытывал воодушевление и азарт — даже когда писал о том, что девушка сопротивляется и упирается. Был настроен на долгую осаду, не собирался торопиться и тщательно продумывал каждый шаг.

И вдруг — новый срыв!

Как, с чего?! Никаких предпосылок, никаких проблем! Кастет даже поначалу не поверил, решил, что ошибка. Потом — испугался, но быстро выяснил, что самого худшего исхода удалось избежать.

В первый раз перемена Цитрина после срыва шокировала Лазурита, и объяснения целителя казались более чем сомнительными, но время подтвердило правоту опытного мага. Во второй раз Кастет уже знал, чего ждать, и отчасти именно поэтому не рвался навестить друг сразу же, отменив все дела. Предпочёл подождать удобного момента — чтобы и свободного времени в расписании больше чем четверть часа, и, глядишь, менталисту немного полегчает.

Полегчать, увы, не успело, приходилось терпеть.

Причину срыва Цитрин объяснил очень скупо: ещё не до конца восстановился, а тут ощутил эмоции своей избранницы, осознал, что всё это время принимал желаемое за действительное, и наложилось. По большей части винил он в этом самого себя: решил воспользоваться артефактом, чтобы заглушить дар, а без него — не хватило навыков, чтобы правильно понять чувства девушки.