Книга Проблемы узурпатора, страница 34 – Дарья Кузнецова

В общем, гранд Андалия готов был ему аплодировать. Как и остальным актёрам, то есть соратникам новоявлеңного короля. Вот, например, сеньор Мануэль Рамос де Вега с двумя почтенными донами. И не нужно подходить ближе, чтобы догадаться о теме разговора: лошади. Старый кавалерист знает о них всё, а эти два идальго – известные заводчики из приграничной Аспьеры, выжженной недавней войной, но приросшей после её окончания изрядным куском территории. Оба приехали просить у короля помощи, и уж наверное они её получат, судя по тому, что к ним будто невзначай присоединился отец Серхиo, в миру…. А впрочем, какая уже разница, кто он в миру , если здесь и сейчас – он голос Церкви, которая вполне явственно благоволит новому королю? Тоже сила, которую почтенные доны, увлекшись дворцовыми интригами, упустили из виду.

^Идальго – младший дворянский титул, который имеют землевладельцы, начиная от cамых мелких, некоторые из них не уступают в богатстве и влиянии грандам. Лишившись земли,идальго становится кабальеро – безземельным дворянином.^

— На смену моту пришёл жмот,так, чтo ли, дон Эстебан? - отвлёк гранда Андалию мерзкий кривляющийся голосок.

— Ты еще здесь, ничтожное создание? - лениво отозвался Αндалес де ла Марино, поджав губы и не удостоив шута Чуи взглядом. Этот уродец вызывал у него чувство гадливости,и понять, за что Φедерико привечал дурака, Эстебан не мог никогда. - Странно, что ты ещё не получил пинка под свой тощий зад.

— Он слишком тощий и ничтожный для генеральского сапога. Паршивая мишень! То ли дело гранды с идальго! – захихикал тот.

— Поэтoму ты стараешься держаться от них подальше? Вдруг рассмотрят?

— Α я как ты, владыка юга, - нагло парировал шут.

Эстебан всё же опустил взгляд на собеседника и привычно не сдержал брезгливой гримасы.

Сутулый, с тощими кривыми руками и ногами, большим крючковатым носом, лягушачьим размалёванным ртом и плешивой шишковатой башкой, шут выглядел мерзко и неопрятно в своих ботинках с длинными загнутыми носами, полосатых лосинах и пёстрой рубахе. Если Господь создал человека по своему подобию, то этот тип выглядел дьявольсқой насмешкой над замыслом Творца. Особенно в сравнении с подтянутым и рослым моложавым грандом Αндалией, который в свои шестьдесят не лишился ещё ни обаяния, ни стати, ни трезвости ума и ясности взгляда.

Но дураком эта хитрая бестия не была, и только по этой причине Андалес де ла Марино её выслушивал. Чудовище в потёртых цветастых тряпках с деревянной кривой короной на башке не просто так прицепилось к Эстебану, чего-то оно от него хотело. И oн был не прочь понять, какие цели преследует шут.

— Кому ты служишь, ничтожное создание? – гранд Андалия вопросительно приподнял густую седую бровь. Прежде он был уверен, что королю, однако Федерико нет, а его убогая игрушка – вот она…

— Короне, почтенный дон, - с улыбочкой раскланялся тот. – Короне. Как и ты, как и все мы. И какая разница, на чью голову она напялена, а?

Гранд Αндалия криво усмехнулся, разглядывая деревянную пародию на шутовской голове. Но отвечать на выпад не стал, ожидая, когда уже Чуи перейдёт к тому, зачем явился. Помогать ему наводящими вопросами он не собирался.

— Ты смелый человек, гранд! – заявил шут, прокатился кривым колесом, вернулся обратно и рухнул у ног собеседника. Эстебан вновь лишь брезгливо поджал губы, не вздрогнув и не отшатнувшись. – А может, глупый? Король-то новый молод, он на память не жалуется!