Книга Родные миры, страница 54 – Дарья Кузнецова

Хорошо, никто не видел, как грозный и бесстрашный полевой агент на трясущихся ногах забирается в прозрачную капсулу: это был бы страшнейший позор в моей жизни. Что поделать, ненавижу, когда от меня ничего не зависит, а моя жизнь, в свою очередь, зависит от какой-то техники. А тут, можно сказать, апогей бессмысленности всей подготовки: меня могут убить, а я даже не замечу этого, просто не выйдя из анабиоза.

В таком мерзком подавленном состоянии я закрыла капсулу и прислонилась к стене, позволяя фиксирующим повязкам самостоятельно меня окутать.

С колотящимся сердцем я ждала, пока случится это. Как выглядит погружение в анабиоз, я знала только теоретически, но сама эту процедуру никогда не проходила. Поэтому, когда через мгновение лёгкой слабости и темноты перед глазами фиксаторы вдруг выпустили меня из своего плена, и приятный женский голос пожелал мне приятного пробуждения, я подумала, что что-то не сработало.

Паниковать, правда, не стала. Подумаешь, трагедия, и без анабиоза переживу сто с небольшим дней! И выбираться из капсулы не спешила, для начала проверив прямо изнутри неё окружающее пространство (умные люди конструировали: такую полезную функцию предусмотрели!). Каково же было моё удивление, когда я выяснила, что путь наш близится к концу, и дни проскочили как одно мгновение.

Вот теперь я уже на всякий случай поспешила выбраться наружу. Мало ли, что там может заклинить; решит техника, что я не выспалась, и уйдёт в рекурсию.

Получив свободу, я сразу почувствовала себя гораздо уверенней. Никаких симптомов, кроме лёгкой слабости и некоторой заторможенности реакции не наблюдалось, что не могло не радовать.

На всякий случай проверив оборудование, я обнаружила, что те, кто планировал проснуться до меня, действительно проснулись, а именно — Кверр, Кварг и Тимул. Капсулы же с Птичкой и Ридьей были в полном порядке, и прятали в своей мутной глубине двух сестёр, не замечающих сейчас течения времени.

Первым делом я направилась в рубку, осматривать корабельные системы. Пусть система анабиоза и показала себя с лучшей стороны (я же проснулась!), но проверить своими глазами никогда не бывает лишним.

Последние часы перед выходом из прыжка прошли в предвкушении и вдохновенном ничегонеделании. Некоторое время я с мужчинами играла в карты, потом читала какую-то ерунду и с трудом боролась с мыслью на несколько часов опять нырнуть в анабиоз, чтобы убить время.

Но время — это такая субстанция, которая не умеет останавливаться на месте, и в конце концов счастливый момент настал: на обзорных экранах появилась система чужой звезды, над плоскостью эклиптики которой нас выплюнуло пространственное искажение. Планет было шесть, и нас сейчас интересовала вторая, кислородная. Активировав зарядные системы прыжкового двигателя, я малым ходом двинулась к космическому телу, орбита которого должна была приютить нас на ближайшие несколько недель. На такой скорости лететь до него было около получаса, и торопиться было совершенно некуда.