Книга Родные миры, страница 3 – Дарья Кузнецова

Минусов у этого варианта было много. Во-первых, мне даром не нужна непонятного происхождения девка в ставших родными стенах. Она явно принесёт неприятности, потому что… с такой внешностью здесь — она сама ходячая неприятность, и кой дух понёс её на дно? Во-вторых, мне просто лень возиться. В-третьих, благородство окупается только в книгах, а на практике я, опять же, огребу с ней проблем.

Но, с другой стороны, и за спасение было достаточно аргументов.

Во-первых, и это самое главное, она могла описать охранителям мою внешность. Нет, вероятность этого была ничтожна: если она меня и видела, то мельком, да и примечательной мою наружность сложно назвать. Но вероятность такая есть, и её нельзя сбрасывать со счетов. Во-вторых, если выяснится, что эта птичка действительно вылетела из золотой клетки, за неё могут объявить награду, а наличность лишней никогда не бывает. В-третьих, девочка чудо как хороша; авось и решит отблагодарить своего спасителя! Но это так, к слову, я прекрасно обойдусь и без её благодарности. А, в-четвёртых… Мне элементарно жалко девчонку. Да, увы, это проклятое чувство так и не сгнило на городском дне. Сначала столкнуться с реалиями жизни, а потом вовсе сесть в тюрьму; а за тройное убийство её сошлют в такую дыру, что смерть под тремя отморозками покажется благом. Стоило ли вмешиваться, в самом деле?

В итоге чаша склонилась к жизни непонятной девки. Хотя, видят духи, я об этом ещё пожалею. Но тем не менее я поднял её на руки, закинул на плечо и поспешил в свою берлогу.

Жильё в бедных районах сложно назвать комфортабельным. Крошечная клетушка три на четыре метра без окон, совмещающая в себе и санузел, и кухню, и спальню, и вообще всё. Я сложил добычу на койку и ушёл принимать душ.

Вода здесь очищается плохо, тем более — вода из крана. Она имеет желтоватый оттенок, пахнет какой-то дрянью и имеет помойный привкус. Но всё лучше, чем запахи моего рабочего места.

Единственная роскошь, которую я себе позволяю в жизни — это нормальное мыло. Той нефтеподобной субстанцией, которой принято здесь мыться, можно отмывать смазку и многолетнюю грязь с роботов-уборщиков. Сложно назвать меня неженкой, но уж очень я люблю чистоту.

Гигиенические процедуры заняли не больше пяти минут. Каково же было моё удивление, когда я, выйдя из санитарного закутка, обнаружил, что находка моя уже вполне очнулась, сидит на кровати, ошеломлённо трясёт головой и пытается встать. Однако, я здорово недооценил её здоровье. Или переоценил силу удара?

— Где я, во имя Вечного Владыки? — пробормотала она, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

Нет, похоже, удар действительно был хороший, а девка — действительно неожиданно живучая.

— Лежи, у тебя, наверное, сотрясение, — велел я. Странно, но она послушно сползла обратно в горизонталь. — Ты у меня дома.

— Зачем ты меня спас? — спросила женщина, прикрыв глаза и не шевелясь.

— Понятия не имею, — честно хмыкнул я в ответ. — Сам до сих пор ломаю голову.

— У тебя слишком правильная речь для этого места.

— А у тебя слишком ухоженная внешность для этого места, — с усмешкой парировал я.

— Я хочу помыться, это возможно? — не стала настаивать на ответе женщина, спокойно переключившись на другую тему.

— Возможно. Когда сможешь дойти до душа, — невозмутимо ответил я, запуская синтезатор. Он барахлил, и порой включался не сразу, но у меня никак не доходили руки починить. Наверное, потому что он в конце концов всё-таки неизменно включался.