Книга Не кричите в тёмном лесу, страница 2 – Дарья Кузнецова

Пара пилот-штурман обычно складывается во время учёбы. Здесь важно не столько уважение к профессионализму напарника и умение работать в команде, сколько личное доверие и психологическая совместимость. Во время перехода происходит не просто тесное взаимодействие, а слияние сoзнаний. Конечно, не полное, полное просто невозможно, но и частичный контакт с неприятным тебе человеком – то ещё испытание. Чисто теоретически, работать можно, вопрос – насколько хватит ответственности обоих? Или даже не ответственности, а просто – сил?

В общем, вместо того, чтобы попусту рисковать жизнями ценных специалистов, дорогостоящей техникой, грузами и пассажирами, в основу современной геонавтики была положена установка: подбирать в пару только психологически совместимых людей, с похожим отношением к жизни и минимальной вероятностью конфликта.

Пятнадцать стандартов с момента окончания училища я работала с Вадари, отличным пилотом и замечательной подругой, и получала от процесса огромное удовольствие. А недавно Вая меня бросила.

То есть я, конечно, утрирую. Не бросала она меня, просто оставила работу по семейным обстоятельствам: проще говоря, вышла замуж и решила завести ребёнка. Так что подруга уже полстандарта сидит дома, ожидая появления на свет сына, а я те же полстандарта скучаю на базе, потому что свободных пилотов под меня нет. Οстаётся ждать прибытия на практику слушателей лётного училища и подбирать пару среди одарённой молодёжи. Χотя я с трудом представляю, как смогу работать с пилотом, напрочь лишённым опыта...

Двое других моих товарищей по несчастью находятся в похожем положении. Тарандар, он же Тарр – отличный, даже почти гениальный пилот, увы, обладает неуживчивым тяжёлым характером. Он по психологической несовместимости сменил трёх штурманов и сейчас сидит без работы. А у Ризы такая же ситуация, как у меня: её друг и напарник недавно женился, но обретённая подруга жизни оказалась ревнивой и ему пришлось уходить из геонавтов в обычные лётчики. Это, наверное, хорошо, что жена и семья оказались для него важнее службы, хотя за Ризу обидно. Но у нас не тюрьма, мы даже не военные, поэтому желающих уйти никто не удерживает.

Нет, мне предлагали перейти к воякам. Специалист я ценный, напарника там подберут сразу и может даже займут чем-нибудь чрезвычайно интересным вроде поиска новых миров, но этот вариант я пока придерживала на крайний случай. Мне нашей-то дисциплины хватает за глаза, а у тех ребят всё совсем строго.

Продолжить разговор по душам нам с Ику не дали. На пороге возник взмыленный начальник группы с совершенно дикими выпученными глазами и стоящими дыбом короткими светлыми волосами. Со всех сторон посыпались вопросы, что происходит, но шеф замахал на нас руками, безадресно погрозил сразу обоими кулаками – наверное, для большей доходчивости. Безумный взгляд обычно сдержанного Варнера пробежался по небольшой кучке присутствующих, потом запнулся о меня, и шеф начал бурно жестикулировать, попеременно тыкая пальцем в меня и себе в грудь.

Мы с Ику растерянно переглянулись, подруга пожала плечами, и я в полном недоумении уставилась на начальство:

— Что не так-то?

Варнер всплеснул руками и замахал сложенными в щепоть пальцами у себя перед грудью, вверх-вниз. Я растерянно опустила взгляд, уткнулась им в глубокое декольте своего расстёгнутого форменного комбинезона и удивлённо спросила: