Книга XXI век не той эры, страница 62 – Дарья Кузнецова

Нет, убивать он её, конечно, не стал, просто аккуратно и безболезненно отправил в глубокий обморок. Только его собственное желание от этого почему-то никуда не делось, и от этого мужчине стало немного не по себе; очень странно и дико для него было вожделеть пребывающую без сознания женщину, в таком состоянии больше походящую на жертву, чем на любовницу.

Отвлекая себя от ощущений и норовящих заползти в голову мыслей, он принялся аккуратно запаковывать свою ношу в скафандр, параллельно пытаясь сообразить, что происходит и почему. Мысли в затуманенном страстью разуме никак не хотели складываться в логические цепочки. Но Ульвар сын Тора был до крайности упрямым человеком, и постепенно картина начала складываться.

По всему выходило, что виной произошедшему подозрительная вода в странном озере. Или само озеро. Или что-то, что в этом озере живёт, и таким образом добывает себе пищу. Инстинкт размножения — он такой, ему ни одно животное не может противиться, особенно если его дополнительно подстегнуть. И можно брать тёпленькой увлечённую друг другом и процессом парочку (троечку, четвёрочку — далеко не всегда в размножении участвовало два пола).

Поэтому Наказатель уже осознанно подтвердил собственное спонтанное решение о поспешном отступлении с подозрительного места. Сборы много времени не заняли; да и что было собирать? Натянуть оброненные перчатки, закинуть на плечо такое желанное тело и углубиться в лес.

Чем дальше, тем сильнее тревожился Ульвар сын Тора. Потому что томление не сходило на нет с удалением от озера, воображение услужливо рисовало заманчивые картины, а придерживающая женщину рука так и норовила погладить стройное бедро или сжать упругую ягодицу, что нельзя было объяснить иначе как рефлексом: сквозь защитную рукавицу тактильных ощущений от этих прикосновений не было никаких.

Он уже начал задумываться, а что делать и как дальше с этим жить, если странный эффект, списанный на озеро, окажется его собственным чувством, тем самым пресловутым «обретением». В принципе, при себе были отличные безотказные транквилизаторы, которые использовались при неконтролируемых припадках ярости (такое с бойцами порой случалось), панических атаках и иных психических проблемах. Но их Ульвар оставил на крайний случай, потому что под воздействием этих препаратов притуплялось восприятие, появлялась некоторая психологическая инертность и апатия, а становиться тем самым пресловутым роботом не хотелось. Из соображений безопасности, а не ради покоя и благополучия девушки, о которых он в тот момент не слишком-то задумывался.

Но ближе к рассвету начало потихоньку отпускать. Первым сдалось воображение. Мужчина неожиданно понял, что ему стало легче думать о насущных проблемах и контролировать периметр, потому что посторонние мечты оставили измученно гудящую как с похмелья голову.

Дольше всего продержалось банальное физическое возбуждение. С ним бы здорово помог справиться обычный холодный душ, но это была непозволительная роскошь, и приходилось терпеть и мучиться неприятными ощущениями.

В общем-то, это упорство вкусившего забытое лакомство организма было понятно; Ульвар не помнил уже, когда последний раз был с женщиной. Первое время воздержание доставляло массу неудобств, но не было ни возможности удовлетворить свои желания, ни сил на их реализацию даже в случае гипотетического появления той самой возможности.