Книга XXI век не той эры, страница 5 – Дарья Кузнецова

Жилистый, худощавый, невысокий, — даже ниже Канариса, — Синг со смуглой кожей, большими чёрными глазами и тёмными волнистыми волосами, рассыпающимися по щиткам брони. Весь такой тихий, мягкий и вкрадчивый, Синг сын Шивы своей ласковой улыбкой мог ввести в заблуждение разве что какого-нибудь фермера на глухой окраинной планетке. На что способен и на что похож этот хинду в ярости, Олегу довелось наблюдать на заре его службы. Спору нет, Наказатель тогда спас всю когорту, но один молодой рядовой космодесантник в тот момент подумал, что лучше было умереть, чем наблюдать это.

На второго вошедшего Олег старался даже не смотреть. Беловолосый белокожий голубоглазый гигант Ульвар, глядящий на мир исподлобья с замершей в приподнятых уголках губ сардонической усмешкой, одним взглядом, кажется, промораживал до костного мозга. Видеть его в бою Лиходееву не доводилось, — миловали боги, что есть то есть, — но историй о нём ходило множество. Например, утверждали, что Ульвар — едва ли не самый старший из ныне живых абсолютов, и будто бы он застал начало войны. В это алый центурион верил слабо, но что чёрному трибуну легиона Гамаюн не меньше сотни лет, было очевидно. Это Синг по меркам абсолютов был молод, — ему не исполнилось ещё и пятидесяти, — а сын Тора явно был гораздо старше и опытней.

А ещё Олег воевал под началом командира, бывшего свидетелем другого легендарного события: как Ульвар усмирял вырвавшегося из-под контроля титана Котта. Лиходеев смутно представлял, как можно справиться с этой многотонной аморфной махиной размером с крейсер. Но не поверить ныне покойному триарию было сложно, тем более что история эта, пусть и без подробностей, фигурировала в некоторых открытых источниках.

Справедливости ради стоит отметить, сильнее всего в Ульваре пугала именно его репутация. Его настолько боялись, что даже легаты в присутствии этого чёрного трибуна тщательно следили за речью, боясь спровоцировать известного своей несдержанностью абсолюта. Между тем, сам трибун Наказатель второго легиона по большей части всё время молчал, и за последние годы, кажется, никого из подчинённых или иных соратников не тронул и пальцем. Но тем страшнее были рассказы о его гневе, что гнев этот был легендой.

Оба Наказателя были облачены в стандартную космодесантную броню, разве что без мышечных усилителей и приводов: механика не могла соответствовать скорости движения полубогов. Доспехи весом более шестидесяти килограммов оба абсолюта носили с завидной лёгкостью. И если для огромного норманна это казалось нормальным даже без учёта его нечеловеческой силы, то смотреть на худощавого Синга поначалу было жутковато.

— Слава, слава, — благодушно откликнулся Наказатель, отвечая на приветствие кивком и разглядывая стены. — Центурион, а ты нас ради лаборатории позвал?

— Не совсем, — наконец, выдавил Лиходеев, сообразив, что сам, подобно собственному триарию ранее, загораживает самое важное. И без дополнительных вводных слов отошёл в сторону.

Наказатели замерли неподвижно, разглядывая женщину. Олег же, уже вполне привыкший к данному элементу обстановки, напряжённо вглядывался в лицо Синга. И в болезненном зеленоватом свете лаборатории ему показалось, что сын Шивы ощутимо побледнел. Но Олег был достаточно разумным человеком, чтобы решить для себя: «показалось».