Книга Шешель и шельма, страница 113 – Дарья Кузнецова

Спровадив в изолятор еще одного «клиента», Стеван порадовался, что нет никакой необходимости идти с ним вместе: сталкиваться со слишком разговорчивым Бажичем не хотелось.

Ночь, с перерывом на сон, Шешель снова посвятил бумагам. Еще раз без какого-либо результата пролистал все отобранные по делу Кокетки материалы и быстро бросил это занятие, потому что мысли упорно съезжали не туда. Стевана так и подмывало пойти и допросить ее еще раз, но этот порыв удалось сдержать: он прекрасно понимал, что ведет его не стремление разобраться с делом, а желание увидеть и, может быть, получить подтверждение словам Бажича.

Вскоре после начала официального рабочего дня порадовали артефакторы. Они закончили работу над «Щитом», чем обеспечили Стевану занятие на ближайший час: дозвониться в приемную владыки, даже по особой линии, — то еще приключение. А после того как разговор с секретарем состоялся, позвонили уже Шешелю, и какой-то другой, незнакомый голос сообщил, что владыка желает принять следователя за обедом. Естественно, вместе с «подарком».

Кто бы сомневался.

Пришлось спешно организовывать охрану артефакта вместе с артефактором, а самому — ехать домой, чтобы надеть костюм поприличнее.

Несмотря на подозрения и предположения многих знакомых и не очень, не слушавших возражений самого Шешеля, следователь в контрразведке не состоял: просто не хватило бы времени на все сразу, даже при его кипучей энергии и уникальной работоспособности. Но он находился в этой структуре на особом счету, и, если в поле зрения СК попадало какое-то уголовное дело соответствующего масштаба, до сих пор не порученное кому-то из «своих», отдавали его обычно именно Шешелю. Так произошло, например, с крушением дирижабля, при котором погибла почти вся княжеская семья Недичей,^[4] так получилось и сейчас, с этим браслетом и смертью его создателя. А уж если вляпался в то или иное приключение, приходилось тянуть его до самого конца, в том числе и держать ответ перед владыкой или куда чаще — перед его строгой супругой, той самой контрразведкой и руководившей.

Поначалу Стеван еще пытался трепыхаться и отказываться от такой сомнительной чести, но было это больше десяти лет назад. За прошедшие годы Шешель вполне освоился в новой роли и даже начал получать от нее удовольствие: подобные дела хоть и доставляли массу проблем, но обычно являли собой нетривиальные, сложные загадки, требовали больших усилий и чрезвычайно бодрили. Да и Тихомира лично, и его супругу Стеван искренне уважал и находил их общество — неформальное, без присутствия посторонних, — приятным. Интересные, умные люди, отличные собеседники — почему бы не поговорить лишний раз?

В этот раз, как и обычно в таких случаях, правящая чета встречала гостей в узком кругу, то есть вдвоем. Владычица Айрина благосклонно выслушала смущенного высокой честью артефактора, приняла из его рук небольшую шкатулку с артефактом.

— Прекрасная работа, — похвалила женщина, ласково погладив драгоценное переплетение нитей. — Жаль, что создатель этого чуда не может представить его сам, — вздохнула она. — Скажите, мастер, есть возможность изготовить подобную вещь более… дешевой? Может быть, с некоторой потерей в качестве.

— Я думаю, если поработать… Схема в целом ясная, использовать ее можно. Если заменить бриллианты… — Он сначала воодушевился, но потом снова стушевался, сообразив, что технические подробности сейчас вряд ли кого-то интересуют.