Книга Функции памяти, страница 48 – Дарья Кузнецова

— Кхм. Более чем, — медленно кивнула в ответ.

Нет, я знала, что харры прямолинейны, особенно мужчины, но к такому оказалась не готова.

А впрочем… Нашла из-за чего дёргаться! Ничего такого шокирующего он, если подумать, не сказал, и если совсем уж честно, я и сама о нём нечто в том же духе думала. Ведь хорош же! Даже жаль, что инопланетный дикарь с хвостом и мохнатыми лапами.

— Лучше? — спросил Нидар.

— Да, пожалуй, — опомнилась я, сообразив, что и боль уже прошла, и ладони харра на голенях начинают ощущаться совсем иначе. — Двигаемся дальше?

— Пойдём. Пить хочешь?

— Хочу, но есть — больше.

— Сейчас найдём что-нибудь.

Спустились мы быстро, а через несколько минут вышли к очередному ручью, где Нир оставил меня умываться и вообще приводить себя в порядок. Вернулся он вскоре с новыми фруктами: ярко-оранжевые, размером с крупный апельсин, они представляли собой толстостенные мешочки с густой вязкой белой жидкостью, в которой плавали мелкие семечки. Жижа оказалась ужасно сладкой, а вот мякоть приятной — мучнистой, чуть пряной.

— Удивительно, сколько тут всего съедобного, — заметила я. — А ядовитые плоды есть?

— Есть. Вон, например, — Нир кивнул на растущий неподалёку невысокий куст, облепленный густо-синими крупными ягодами. — Умереть не умрёшь, но приятного мало. Ешь, с собой брать не будем, маруки совсем не хранятся. А то можно было бы не охотиться.

— Почему?

— Они очень сытные. Самый сытный фрукт из тех, которые я знаю.

— Нир, ты вчера так и не ответил, что мы будем делать, когда придём к храму? — спросила через пару минут. — Там же наверняка будут эти.

— Подождём помощи, оттуда её проще позвать.

— Почему? — растерялась я.

— Потому что проще, — рыжий недовольно дёрнул ушами, всем видом давая понять, что других пояснений не будет.

Ну и ладно.

— А как ты думаешь, остальные будут нас преследовать? Они ведь наверняка забеспокоятся, когда те трое не придут, найдут их броню. И… тела.

— Вряд ли.

— Вряд ли — что?

— Вряд ли найдут тела, — спокойно пояснил мужчина. — В лесу пища надолго не залёживается… Ты чего? — озадачился он, когда меня на этих словах перекосило, и я поспешно закрыла рот ладонью, отложив марук.

— Слушай, я всё понимаю, ты циничное и суровое дитя природы, и если бы ты их не убил, то они бы убили тебя и со мной что-то нехорошее сделали. И что падальщикам без разницы, что жрать. Но… вин! Мне противно думать о людях как о пище. Да, даже несмотря на то, что я понимаю и признаю справедливость сказанного!

— Вечно вы всё усложняете! — качнул головой Нидар. Но тему великодушно сменил. — Преследовать могут, но мы отобьём у них такое желание. В лесу это несложно.

— Из-за их самонадеянности? И веры в оружие?

— Да, в основном.

— И что, ты будешь мастерить ловушки? — оживилась я. — Ну там всякие колья строгать, волчьи ямы делать, это которые с такими кольями на дне…

— Какая у тебя богатая фантазия! — харр удивлённо вскинул брови.

— Честно говоря, это не у меня фантазия, это у земных киношников. Ты даже не представляешь, сколько у нас таких придуманных историй про всяких одиноких героев в лесах и джунглях, которые примитивными средствами борются со злыми врагами.

— Пока я буду копать ямы и строгать колья, они успеют найти нас просто случайно, не прилагая усилий. Да и броня их от такого защитит, — весело фыркнул Нидар. — Зачем эти твои герои такое делают, если у них столько времени?