Книга Две птицы на снегу, страница 49 – Дарья Кузнецова

Вольнов, раньше сообразив, что происходит, поймал Лету под локоть и оттащил к краю дороги, уступая путь главным героям праздника. Улыбался он в этот момент весело и легко, и Летана тоже не удержалась от улыбки. Удивительно просто ей получилось представить феникса рыжим вихрастым мальчишкой в толпе таких же сорванцов. Сама-то она так не бегала…

А потом, пока Лета считала птиц и фантазировала, ее спутник опять продемонстрировал отличную реакцию: дернул за тот же локоть ближе к себе и прикрыл собой. Возмутиться она не успела, потому что объяснение прилетело само: только Летана вскинула возмущенный взгляд на феникса, как его голова слегка дрогнула от попадания рыхлого снежка.

— Вот же засранцы малолетние, – беззлобно ухмыльнулся Яр под радостный хохот ребятни, выпустил локоть спутницы и тряхнул воротник жилетки, высыпая из-под него снег. В спину ему за это время прилетело еще несколько снежков, но феникс даже не поморщился. – Не вовремя они, эх…

Такое равнодушие мишени быстро остудило детвору, и она помчалась дальше.

— Что значит не вовремя? – уточнила Лета, когда они тоже продолжили путь.

— Хочется на ужин успеть, – весело отозвался Яроплет. – До него два часа, а если бы я ввязался в перестрелку, вряд ли это закончилось бы быстро.

— В перестрелку? – Лета озадаченно покосилась на него. – Я понимаю, почему ты на них не сердишься, но… Играть в снежки с детьми? Серьезно? Сколько тебе лет?

— Похоже, раза в два меньше, чем тебе, – рассмеялся Яр, ничуть не задетый ее иронией. – Ты что, вообще не умеешь веселиться?

— У нас разное понимание веселья, – отозвалась она.

— И как же веселишься ты? – полюбопытствовал феникс.

— Общаюсь с друзьями, хожу в театр. – Лета пожала плечами, сумев удержать невозмутимое лицо и не выдать, насколько неожиданным оказался для нее этот простой вопрос и как тоскливо стало внутри.

— Театр – это ужасно весело, – хмыкнул Яр, но, к облегчению спутницы, развивать тему не стал.

В театре она последний раз была года три назад, и то случайно. А друзья…

Нет у нее друзей. Есть коллеги, учитель, семья, и этим круг общения исчерпывается. Все подруги, которые появились во время учебы, за минувшие годы растерялись, занятые своими семьями и жизнями, новых не нашлось – как-то не до того было, работа отнимала все время и не оставляла сил на что-то еще.

Вскоре они дошли до портальной станции, и вопросы там тоже решал Вольнов. Подтвердил свою личность с помощью специального артефакта, в котором хранились сведения обо всех пограничниках, затем настала очередь Леты предъявлять документы. Кольнуло волнение, но о ней действительно предупредили и разрешение на переход имелось.

Застава оказалась достаточно большой и, пожалуй, живописной. Они вышли из портала на круглом возвышении посреди небольшой площади, образованной слиянием трех улочек. Впереди, на стрелке двух из них, возвышалось старое здание в четыре немалых этажа, с сумрачными темными стенами и узкими окнами-бойницами. Вероятно, оно когда-то служило крепостью или ее частью, во всяком случае, ни на какие городские постройки не походило. В первом этаже окна отсутствовали совсем, а единственная узкая дверь даже издалека казалась очень тяжелой. Рядом с ней на стене зеленела табличка с золотой надписью: «Командование заставы № 17», которая выглядела на суровом сером фоне вопиюще инородной.