Онлайн книга «Две птицы на снегу»
|
— Идем! — Куда? – растерялась Лета. — Доброе утро! – рассмеялся он. – Так и понял, что ты спишь с открытыми глазами. Ты куда? Нет, не на выход, на сцену, люди ждут. — Что?! Какую… Ты что… Ты с ума… – Лета уперлась, когда они встали, и попыталась освободить руку из цепких пальцев. Вокруг негромко гудели голоса, и на них поглядывали, но вроде бы не все и не таращились. Это мало спасало, потому что – пока. — Петь, Лета, петь. — Но я… — Я довольно плохо запоминаю людей, но очень хорошо запоминаю звуки и голоса. И я прекрасно помню, что ты хорошо поешь. Идем. Будешь упорствовать, я сейчас всем скажу, что без тебя петь не буду. Хочешь, чтобы тебя всем составом уговаривали? Давай-давай, шустрее… — Та-ак, происходит что-то загадочное, – чей-то насмешливый голос перекрыл разговоры, когда Яр буквально подтащил свою спутницу к сцене, второй рукой держа гитару за гриф. – Никак ты себе даму сердца нашел? — О-о, вот это номер! — Вольнов, ты жениться собрался? — Точно, предложение делать! Феникс тем временем подвинул уже знакомый стул и едва ли не силой усадил на него бледную и перепуганную Летану, щеки которой отчаянно пламенели румянцем, а пальцы дрожали. — Яр, я тебя убью, – выдохнула она. — Не убьешь, я сильнее и быстрее, – отмахнулся он. — Я не буду… — Сейчас поцелую, – весело пригрозил Яроплет, пристроил ногу на краешек стула позади напряженно сжавшейся Горской, а гитару – на свое бедро. И принялся перебирать струны, подстраивая инструмент – или, скорее, делая вид. – Ты любишь петь. И умеешь, я уверен, всяко не хуже меня. А я тебе потом кое-что забавное расскажу. — Яр! Творец, я же никогда… Тут ведь люди… — Да плюнь на них, что они тебе? На меня смотри. — Лучше не надо, – проворчала Лета, сверля взглядом колено мужчины: оно было близко, молчало и не смотрело в ответ – прекрасный объект для концентрации. — Почему? — Могу не сдержаться. Мне слишком хочется тебя убить! — Потом я к твоим услугам. Но все-таки – лучше вот так, – он мягко подцепил кончиками пальцев ее подбородок, вынуждая поднять голову и ловя взгляд. – Мне спой. Пожалуйста. Лета на несколько секунд замерла в растерянности, потому что смотрел он совсем не так, как она ожидала. Тепло. Немного лукаво, будто подтрунивал над ней – легко и удивительно мягко. Поддразнивал и спрашивал – а сможешь? Или струсишь? А потом он запел, и это подействовало сродни гипнозу, потому что она просто не сумела не подхватить мелодию любимой песни. Сначала робко и неуверенно, потом – спокойнее, уже без дрожи, а после уже и забыла, что на них кто-то смотрит. Яроплет краем сознания отчетливо понимал, что его несет. С совместного полета. Или, наверное, еще раньше, с поцелуя. Или поцелуй тут ни при чем и его так повело от чужой силы? Не зря же вот такое прямое, без сложных контролирующих и поддерживающих плетений, переливание используют только в крайнем случае – эффективность низкая, последствия странные. В нем, видимо, вон как полыхнуло. Неудивительно, наверное, – воздуха-то к огню добавить. Была бы Лета в себе, она бы его только отругала за такие предложения и отказалась, а так… И он даже этим самым краем сознания понимал, что ведет себя плохо и неправильно. Не надо было спускаться на ту крышу и сажать Лету к себе на колени, а затем тащить сюда и так откровенно демонстрировать всем окружающим, что она – с ним. И на сцену ее вытаскивать совсем, совершенно не стоило, как бы ни хотелось, потому что это грубо и даже немного подло. И прямо сейчас подло, потому что она явно не в восторге от происходящего, и потом – тоже будет подло, потому что через декаду она уедет, а он останется тут. |