Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 46 – Дарья Кузнецова

У него были женщины. Потомки троллей всегда относились к сексу без обязательств спокойнее, чем люди или эльфы. По-разному, но — спокойнее. Самые консервативные из всех, гномы, считали невежливым обсуждать подобные темы и демонстрировать влечение при посторонних, но это не мешало широкой распространённости «домов удовольствий», в которых одинокие посетители могли найти развлечение на ночь в объятиях не только работников этих заведений, но и других таких же страждущих, по желанию.

Шайтарский флирт, порой шокирующий инородцев своей откровенностью и грубостью, очень часто не ограничивался словами, и диалог вроде «Хочешь, покатаю, красавица? — А далеко ли увезёшь, здоровяк? — А ты проверь, узнаешь!» нередко заканчивался бурно и к общему удовольствию. В юности, во время учёбы, и после, в «Байтале», Шахаб предсказуемо не знал проблем с поиском женской ласки на одну ночь: «большой и сильный» в шайтарском являлись неотъемлемыми признаками мужской красоты, так что Халлела в своих симпатиях была не одинока.

Но с продолжительными отношениями не складывалось. Да он и не задумывался об этом: едва перевалило за тридцать, рано ещё остепеняться! Служба в диверсионном отряде тоже не располагала к стабильности, и выходило, что связь с эльфийкой оказалась самым продолжительным опытом отношений в его жизни.

Безотносительно к истории их знакомства и не учитывая безумия этой связи, непривычно оказалось думать об одной женщине, переживать в голове моменты близости и ждать новой встречи. Он раньше так детали прошедшего боя перебирал на следующий день, когда спала горячка и голова остыла. Анализировал ошибки, оценивал действия свои и бойцов своего отряда. А тут…

Простояв под дождём пару минут, удалось только замёрзнуть, но не выкинуть из головы Холеру и не придумать, что делать с ней дальше. Пришлось возвращаться в комнату, оставляя мокрые следы и чувствуя себя идиотом.

Спать, правда, всё так же не хотелось, да и холодный дождь взбодрил, и Шахаб зашёл за книжкой. Некоторое время в раздумьях постоял возле полок с приключениями, вспомнив разговор с Халлелой. Кто бы мог подумать, что такая бесспорно умная женщина — учёный с мировым именем, не шутки! — увлекается подобной литературой? Появилась шальная мысль на самом деле попробовать, но реализовать её сегодня точно не вышло бы: никакой «Добычи для орка» в домашней библиотеке быть не могло. Даже не из-за вкуса хозяев, Шахаб бы не смог поручиться за увлечения, например, сестры, которая могла отчудить и не такое. Просто библиотеку эту не пополняли больше двадцати лет, со смерти отца.

Насмешливо качнув головой в такт своим мыслям, шайтар взял пару тоненьких пособий по расовой магии, невесть как и когда перекочевавших в общую библиотеку из его комнаты, и ушёл в спальню. Практика практикой, но кое-какие вопросы у него возникли и к теории, а других работ по теме он не только не вспомнил, но и при поверхностном взгляде не обнаружил.

— Ты что с собой сделал?!

— Что это?!

Вопросы прозвучали одновременно, когда Шахаб вечером спустился в комнату пленницы.

— Зачем?! Как можно было отрезать эту роскошную серебряную гриву?! — Предельно возмущённая Халлела налетела на шайтара и потянулась к его голове, словно не верила глазам и хотела пощупать, но тот уверенно перехватил тонкие запястья и отодвинул женщину в сторону.