Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 112 – Дарья Кузнецова

— Нет, — вздохнула Халлела. — За скандал. Я же по наивности рассказала следователю всё как было. И про купленную девчонку, и про то, что эти два урода давно так развлекались и даже вроде не особо таились. Там столько грязи вскрылось, клан муженька и моя семья неплохое состояние спустили, чтобы замять. А я упиралась. Наверное, отец до последнего надеялся, что угроза отсечением заставит меня передумать. Кто ж знал, что во мне столько упрямства. Я и сама не подозревала.

— Та девушка выжила?

— Понятия не имею, — вздохнула Повилика. — Где она, что с ней — я даже имени её не знала. Сейчас-то уже наверняка умерла, сколько времени прошло! Люди недолговечны. И про следователя тоже непонятно…

— А с ним что?

— Вот и я не знаю. Надеюсь, ничего плохого. Он мне показался очень порядочным и принципиальным, мы с ним поначалу вместе упирались, а потом я его уже не видела. Могли и его… замять. Как-то не приходило в голову выяснять. Сначала не могла, потом не до того, а потом и других дел хватало.

Некоторое время они так и лежали. Халлела вяло перекатывала в голове пустые мысли, не цепляясь ни за одну. Хотелось стянуть неудобный мешковатый сцар, выполнявший обязанности ночной сорочки. В голове неприятно пульсировала тяжесть, словно на неё наваливали и снимали мешок с песком. А еще не давал покоя вопрос, что такое придумали эльфы для ограничения магии, если её отрезало вовсе. Наверное, стоило спросить у врача или кто там её раздевал, потому что сейчас ничего подобного не ощущалось, а значит, артефакт, производивший нужный эффект, сняли. Или это было какое-то вещество?

О таких мелочах думалось гораздо проще, чем о чём-то важном и серьёзном — подобные вопросы вызывали ступор и мандраж. А с другой стороны, зачем об этом важном слишком много размышлять, если — вот оно, рядом?

— Давно хотел спросить. Что значат эти узоры на твоей коже? — проговорил Шахаб, невесомо пройдясь пальцами по предплечью женщины, расслабленно лежащему у него на груди. — И кто их нанёс?

— Природа, — со смешком ответила Халлела сквозь полудрёму, в которую успела погрузиться за время тишины. — Они сами проступили, такая вот странная пигментация. Насколько знаю, они всегда проявляются, просто разного цвета. Вроде из-за обрыва каналов. Энергетические фингалы.

— Они красивые, — возразил он, явно недовольный пренебрежительным отношением. — А ты так и не ответила.

— За что? — лениво отозвалась Халлела.

— О том, что ты согласна выйти за меня замуж. Не бойся, тебе понравится!

Повилика тихо захихикала ему в грудь.

— Как тебе это выражение глянулось. Но мне-то ладно, а тебе? Мне кажется, ты всё это сгоряча и не подумав. Твоя мать, конечно, отказалась от идеи меня придушить, но это пока. До тех пор, пока ты не сообщил о серьёзности намерений.

— В пропасть, — буркнул он. — Это она выбрала себе корону. А я выбираю тебя.

— Везёт мне на сумасшедших мужиков, — заметила эльфийка с иронией.

— Подобное к подобному, — легко отбил Шахаб. — Я люблю тебя, и мне плевать, насколько это ненормально.

Халлела глубоко вздохнула и прижалась к нему крепче. Шайтар говорил слишком веско и серьёзно для того, чтобы заподозрить его в легкомыслии, да и не тот характер, чтобы болтать попусту.

Странно, очень странно повернулась жизнь в этих горах, в шайтарском плену.