Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 101 – Дарья Кузнецова

Приём шайтары решили провести наиболее неформальный и рабочий из всех возможных. Гостей не сажали за общий стол, разместили за несколькими маленькими круглыми по пять-шесть мест. Ярая не удивилась тому, что оказалась в компании хозяина и нескольких коллег из соседних стран, но искренне порадовалась.

Все важные вопросы полагалось решать после чая, но светский разговор о культуре и науке всё равно непринуждённо съехал к работе. От планов перешли ко всё той же делегации ордынских учёных, идея заинтересовала гномов, так что посол Каганата Бер Дан Кай принялся дотошно расспрашивать организаторов. А Ярая порадовалась удачной теме, которая позволила задать интересующий вопрос:

— Редай, а вы что-нибудь решили по поводу группы эльфийских учёных, с месяц назад накрытых в лаборатории?

— Да, конечно, будем менять, сейчас переговоры идут, — спокойно подтвердил шайтар оперативную информацию — По большей части согласие достигнуто.

— А по меньшей? Что вы решили делать с Халлелой Безродной? Мне неловко спрашивать, но многоуважаемый Рузаль Красная Звезда скоро копыта до колен сотрёт, наворачивая круги и пытаясь добиться от меня каких-то действий. Грозится до вождя дойти. Я пытаюсь ему объяснить, что она обвиняется в очень нехороших вещах и вообще-то ваша военнопленная, но… — она выразительно развела руками.

— Ею занимается дара Ашрафи лично, — ускользнул от прямого ответа Редай. Ярая немедленно умилилась — растёт дипломат! — но тут же поняла, что поспешила с похвалой. — Но я почти уверен, что найдётся способ её оставить.

— Такая кирка и в своём хозяйстве пригодится, — хохотнул Бер Дан Кай. — И то верно. Не отдавай её этой хитрой женщине, она своего не упустит!

— Все мы потомки троллей, почтенный, — с улыбкой склонила голову орчанка, принимая типично гномский комплимент.

Дальше разговор свернул на внешнеполитическую обстановку за пределами уютного Тротая — бывшего тролльего континента, ныне населённого их разнообразными потомками. Большими новостями здесь по долгу службы интересовались все, так что тема казалась неисчерпаемой. А вот потом, когда гости поднялись из-за столов после десерта, началось всё самое интересное: к шайтарскому министру приблизился эльфийский представитель.

— Редай, сколько вы будете уклоняться от выполнения международных договорённостей? — с ходу насел эльф.

— Светлого вечера, сэл Тимирэль, — усмехнулся шайтар, свысока поглядывая на чужака, благо рост позволял делать это не напрягаясь. — Не понимаю, о чём вы.

— Вы силой удерживаете и не допускаете встречи с назначенным опекуном для недееспособной подданной Нового Абалона. Это возмутительно, мы уже подготовили иск в международный суд.

— Поправьте меня, если я ошибаюсь, но… речь идёт о начальнице исследовательской лаборатории, разве нет? Которая полгода выполняла свои обязанности без присутствия какого-либо опекуна, что прекрасно видно из документов.

— Она испытала стресс в результате варварского нападения и сейчас пребывает в помрачённом состоянии. Халлела Безродная отрезана от корней, вы даже вообразить не можете, как это тяжело для эльфа!

— А вы такие выводы делаете на основании чего? Если, по вашим же словам, её не допускают до общения с сородичами?

Ярая стояла неподалёку от этой парочки, обсуждая с гномом вопросы логистики — не её профиль, но разбираться всё равно приходилось. Точнее, обсуждали они это поначалу, а потом невольно навострили уши, тихо болтая об отвлечённом и обмениваясь насмешливыми, понимающими взглядами. Оба искренне болели за Редая.