Книга Издержки дипломатии, страница 47 – Дарья Кузнецова

— Все так говорят, – сочувственно покивала я и шмыгнула в примерочную. Нет, если он всерьёз настроится меня поймать, его это конечно не остановит, но для этого нужно что-то посерьёзней дежурной подначки. А платье и правда неудачное.

— Язва, - хмыкнул Шад. – Точно отшлёпаю.

— К рукоприкладству переходят от недостатка интеллекта, когда кончаются аргументы, – назидательно проговорила я через занавеску.

— Вот этим ты и будешь утешаться, – со смешком ответил он. – Своим интеллектуальным превосходством.

— Ну в размерах-то я тебя превзойти не смогу, я столько не съем, - продолжила невозмутимо, демонстративно затягивая пояс платья потуже и подчёркивая талию. Не то чтобы она у меня чрезвычайно тонкая, но пропорционально к остальным объёмам – очень выраженная. А уж в сравнении со здоровенным шайтаром...

— Ярая, ты сейчас точно договоришься, – ласково оскалился Шад. - Я конечно опоздаю, но хоть душу отведу. Перегну через колено, задеру юбку…

— И забудешь, что собирался сделать, – охотно поддержала я. Этот фасон мне тоже не подходил, поэтому я опять скрылась в примерочной – одеваться в своё. – И мы конечно проведём ближайшие полчаса очень приятно, но тебе хочется опять отмываться?

— Вот наградили же Предки подарком! – засмеялся он. – Не женщина, ядовитая змея! Иди сюда, не могу я с занавеской разговаривать.

— Я уже почти всё, - заверила я и действительно вскоре вышла, расправляя юбку. Люблю одежду, которая быстро одевается и снимается. Всегда любила, а уж с тех пор, как познакомилась с Шадом...

— Иди ко мне, - он выразительно протянул руку и добавил, видя замешательство: – Да не буду я тебя сейчас воспитывать, на такие удовольствия нужно время.

— Да я не об этом беспокоюсь, - вздохнула в ответ, но приблизилась и послушно устроилась у него на сухом бедре, прижавшись к груди и опустив голову на плечо. - Я-то не очень спешу, вдруг начну к тебе грязно приставать?

— Некогда, - нехотя признал Шад и поцеловал меня в макушку. – Я что хотел сказать! Если это не эльфы, значит, кто-то выкрал корону для себя. Наверное, местный, раз обратился к местному резчику. Для себя или под заказ – непонятно, но почти наверняка будет вывозить. Мы пока попробуем выйти на заказчика другими путями, вычислили того, кто мог испортить артефакты, но пока не нашли, ремонтников тоже ищут… В общем, есть чем заняться. Α ты поговори с коллекционерами, послушай, посмотри. Там вон какой-то аукцион намечается, сходи. Матери нельзя, спугнёт.

— Можно подумать, со мной кто-то станет откровенничать, – проворчала я. – Не та у меня репутация, все прекрасно знают, что я действую только официально и не связываюсь с мутными схемами. Но схожу конечно, посмотрю, кто как себя ведёт, вдруг, да и замечу что-нибудь. Пока он не знает, что пропажу обнаружили, может быть расслаблен и выдать себя. Да, мне вот еще что подумалось! В музее кто-нибудь приглядывает за подделкой?

— Не знаю, а что?

— Просто коллекционеры, это такой народ… Они очень часто двинутые на голову, а уж тем более тот, кто ради вожделенного экземпляра способен пойти на преступление. И если корону украли для местного любителя древностей, он может не удержаться и прийти позлорадствовать. Не обязательно, но очень возможно, причём – не один раз. Знаешь, как расхожая мысль о том, что преступник возвращается на место преступления?