Онлайн книга «Издержки дипломатии»
|
Мы пару секунд поиграли в гляделки, потом Табиба вздохнула и потупила взор. — Я эльфийскому атташе в ухо дала, — смущённо призналась она, ковыряя подол юбки. Я задумчиво посмотрела на крепкую ладонь юной чемпионки по многоборью, примерила её к среднему эльфийскому уху. Уважительно хмыкнула. — Он вообще выжил? — Да я же не сильно! — возмущённо вскинулась она. — Это была пощёчина! Просто остроухий повернулся не вовремя… Мы немного помолчали. Табиба смущённо и немного возмущённо, явно заново переживая неприятный момент собственной биографии, а я — задумчиво, прикидывая, куда бы приспособить бедовое пополнение, чтобы оно там принесло поменьше вреда. Уши у эльфов — предмет национальной гордости и особого трепета, вроде как у нас клыки, только со скидкой на менталитет. Для орка потерянный в драке клык — это даже некоторый повод для гордости, а угроза обломать клыки вполне естественна в споре на том его этапе, когда заканчиваются другие аргументы. А вот при свидетелях посягнуть на эльфийские уши… Всего лет триста назад, по-моему, именно из-за такого оскорбления началась кровная месть между кланом Корферель и ещё кем-то, в этой сваре и сгинувшим. Конечно, уши были только поводом, делили они, как обычно, земли и влияние, но тем не менее. Интересная историческая деталь. У нас, орков, уши длиннее, ещё и задорно торчат в стороны, а ушастыми и остроухими по всему миру называют именно эльфов. Почему — непонятно. Так исторически сложилось. Но проблема с эльфийским атташе объясняла спешный отъезд Табибы сюда. Во-первых, тут вроде как присмотр в моём лице, а других близких друзей, работающих вне Элисии, у неё нет. А во-вторых, местные — достаточно простые ребята, они мало на что обижаются. И эльфов не любят с каждым днём всё сильнее. К тому же, стажёрка — девушка, а это тоже играет роль в стране с традиционным мягким матриархатом. Правда, есть у меня подозрение, что она и здесь умудрится найти неприятности... Последний раз я видела Табибу восемь лет назад, когда меня вызывали для консультаций, те здорово затянулись и нашлось время навестить старых друзей. За все эти годы она, со слов матери, почти не изменилась, и это проблема. Табиба — хорошая девочка. Она искренняя, добрая, решительная, справедливая, честная и упорная. В общем, копия отца, и это… плохо. Нет, это катастрофа! Асаф — замечательный орк, я искренне рада за подругу, ей здорово с ним повезло и вот уже лет тридцать они живут душа в душу, воспитывают четверых сыновей и вот эту папину гордость и отраду. Проблема в другом: Асаф — военный, притом из спецназа, там все его качества очень уместны и идут на пользу. А Табиба ещё в детстве вбила себе в голову, что станет дипломатом, как мама. И выбить эту мысль оттуда так и не удалось, упрямства-то девице не занимать! А дипломат из неё… Примерно как из меня чемпион по многоборью. Из всех нужных качеств — способность к языкам. Сагира постоянно жаловалась, но переубедить упрямую дочь так и не сумела. — За что светлоликий в ухо-то получил? — нарушила я молчание. — Да он первый начал оскорблять, — проворчала она. — Сказал, что весь наш род — потомки демонов и исчадия тьмы, а у меня прадед Исенград защищал и погиб там, а они переврали, что… — Табиба, не горячись! — оборвала я. — Что, вот прямо так и сказал? — уточнила подозрительно. |