Книга Издержки дипломатии, страница 12 – Дарья Кузнецова

Табибе тем временем составил компанию один из коллекционеров и явно предложил рассказать про экспозицию. Тоже хорошо знакомый и, пожалуй, один из самых приятных из этой публики — солидный пожилой гном Гар Тун Кар. Я вздохнула немного свободнее: с гномами у девушки конфликтов не было, а данному конкретному вполне можно доверить жеребёнка. Серьёзный, степенный отец семейства, владелец рудного комбината и нескольких шахт, свою коллекцию он собирал по большей части законными способами, в политику не лез и молоденькой орчанке в его обществе не грозило ничего дурного. Сюда он прибыл исключительно по рабочим вопросам, а в музей пришёл из любопытства. Мы были неплохо знакомы и поддерживали приятельские отношения по переписке. Так что пусть Табиба общается и просвещается, ей нужно.

— Твоя стажёрка не любит пиво?

— Видимо, не любит.

— Это же твоя стажёрка, ты так плохо её знаешь? — спросил Шад насмешливо.

— Она прибыла сегодня порталом из Орды, конечно я с ней пока ещё толком не знакома, — легко пояснила я. Вдаваться в подробности собственного знакомства с Табибой и её семьёй посчитала излишним. Не здесь и не сейчас разговаривать о личном. — К тому же она только что после учёбы, где специализировалась на странах Элисийского материка и в последний момент сменила тему работы. Где мне с ней было пересечься?

— Ну и правильно сменила, — решил Шад. — У нас гораздо веселее!

— По твоему лицу видно, с каждым разом всё веселее, — заметила я со вздохом.

Выговаривать, что думаю об этом веселье, не стала. А смысл? На его поведении это всё равно не скажется.

— По лицу?.. — не сразу сообразил он, нахмурился и просиял: — А, ты про шрам! Да, забавная история! Это было на склонах Хараши…

— Дар Шад, пожалуйста, избавь меня от подробностей! — с недовольной гримасой оборвала я.

Выражение лица шайтара сделалось обиженным, но меня не проняло: слушать кровавые подробности его приключений не хотелось, а, зная Шада, подробностей там будет с избытком. И большинство конечно выдуманные, что окончательно лишало смысла выслушивание очередной истории очередного столкновения с очередным мифическим или реальным зверем.

В этом, к слову, едины все потомки троллей. Люди и эльфы стесняются шрамов, считая их уродством, наши же воины — носят с гордостью. И если честная история его появления не впечатляет, никто не мешает придумать новую, более увлекательную — к ним никто не относится всерьёз, но слушают обычно с удовольствием, просто для развлечения. С фантазией у Шада всё хорошо, но…

Проблема в том, что я если не знала, то по крайней мере догадывалась, где это было получено. И догадывалась, насколько сильно он рисковал в процессе. А поскольку повлиять на происходящее не могла, предпочитала сделать вид, что ничего не случилось.

— Как твои отары? — спросила, смягчая грубость отказа.

— Плодятся и тучнеют, — улыбнулся он. — Пока оставил на пастухов, есть дела в городе.

Очень хотелось спросить, какие именно и надолго ли, но правды я сейчас не услышу, поэтому предпочла промолчать. Тем более всё равно пришлось прерваться: настала пора торжественной части.

Которая вышла достаточно скромной и непродолжительной. Немного приличных случаю речей, немного необременительных вопросов от журналистов. Немного попозировать у витрины с директором музея и представителем Свода Культуры, отвечавшим за культурные контакты… Приятный шайтар, очень спокойный и выдержанный, и умеет не лезть в чужие дела — очень редкое в наши неспокойные годы качество.