Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 66 – Дженни Кир

— Ну что, девочки, идемте в парк, – сказала она. – И вот что, давайте пригласим особого гостя.

— Ну разве это не мило? – Тетя Агги, устроившись на скамейке, подставила лицо солнцу.

Возле ее ног на старом одеяле сидели Клара, Джемайма и две старшие девочки. День разгулялся, и они нашли местечко для пикника на подстриженной траве в Кенсингтонских садах: Джемайма не захотела обосноваться на берегу Серпентайна – боялась, что Эллен случайно упадет в воду. Для стороннего наблюдателя сцена выглядела как семейная идиллия: пожилая дама, две ее дочери и три внучки наслаждаются солнечным деньком в парке.

Мимо, ведя на поводке маленькую собачку, прошла беременная женщина, и Клара заметила, как рука Джемаймы невольно легла на живот, но унять ее боль было нечем.

— По-моему, тебя зовет Матильда, – шепнула девушка тете.

— Откуда мне знать, как развлекать детей? – Та встревоженно посмотрела на племянницу, пока девочка вновь и вновь просила, чтобы с ней поиграли.

— А уж я тем более этого не знаю, – заговорщицким тоном призналась Клара. – Ты ведь по сути воспитывала мою маму, так что в обращении с детьми у тебя куда больше опыта, чем у меня. К тому же с Матильдой не придется много разговаривать.

Глаза тети Агги заискрились радостью. Она с трудом поднялась со скамейки и направилась к Матильде, которая подбрасывала большой резиновый мяч ярко-красного цвета и безуспешно пыталась его поймать. Фрэнсис крепко спала, а Эллен семенила следом за старшей сестрой – ей хотелось участвовать во всех ее затеях, чтобы не упустить ничего интересного.

Несколько минут молодые женщины молча наблюдали за радующей сердце картиной. Агнес, несмотря на больные колени, умудрялась снова и снова кидать мяч смеющимся девочкам; тем пока не хватало ловкости, чтобы его поймать, но сама беготня доставляла малышкам удовольствие.

— Она так довольна. Только посмотри, как светится ее лицо, – заметила Клара, откинувшись назад и вытянув перед собой длинные ноги.

— Тилли легко рассмешить.

— Я говорю про свою тетю.

Джемайма наклонила голову к Кларе:

— Это было очень мило с твоей стороны – позвать ее с нами. Мне стыдно, что раньше я почти не общалась с Агнес, кроме редких случаев, когда она выручала меня с детьми. Твоя тетушка много для меня сделала за последние пару лет.

— Да, она удивительная женщина, хотя, наверное, довольно одинокая, несмотря на то, что в ее доме полно народу.

— Я тебя недооценила. Думала, ты эгоистка, но ошибалась.

Слова эти застали Клару врасплох и одновременно согрели ей сердце. Она и впрямь старалась стать лучше, и то, что это заметили – причем именно Джемайма, – значило для нее очень многое.

— Когда я еще только въехала сюда в августе, то действительно была эгоисткой, – признала Клара, достаточно самокритичная, чтобы разглядеть собственные недостатки. – Но я меняюсь. Переезд в дом на Бёрлингтон-сквер, воссоединение с тетей, знакомство с тобой…

Наступила пауза.

— Как думаешь, мой малыш знал, что он был нежеланным? – спросила Джемайма, не поднимая глаз.

— Не кори себя за то, что не в силах исправить, – мягко ответила Клара. – Ты хорошая жена и любящая мать, просто очень устала. Неудивительно, что ты чувствовала раздражение, думая об очередном ребенке. Господи, да ты ведь начиная с медового месяца почти все время беременна. Твоему телу нужен отдых. Я же, в силу своих, как выражается мой отец, противоестественных наклонностей, по крайней мере, могу быть уверена, что не окажусь в такой ситуации.