Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 177 – Дженни Кир

Итак, они обо всем договорились и назначили дату бракосочетания. Роланд подался вперед и поцеловал невесту. Каким бы Мерси ни представляла себе этот миг, она была разочарована. Их губы соприкоснулись, но она не почувствовала ничего: все было совсем не так, как тогда на лугу, когда она убедила себя, будто это любовь. Ни яростного биения сердца, ни сбившегося дыхания, ни трепета в теле. Только холодные губы мужчины, который всегда был ее судьбой, хотела она сама того или нет.

И тогда Мерси впервые задумалась: а не совершила ли она ужасную ошибку?

* * *

Специально для первой брачной ночи мать сшила ей ночную рубашку: из кремового шелка, с кружевной отделкой и крошечными бантиками по подолу. Мерси скользнула под одеяло, чуть ли не дрожа от волнения.

Роланд вошел в комнату, наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Спокойной ночи, малышка, – сказал он и направился к своей стороне кровати.

Мерси лежала к нему спиной, чувствуя, как в животе поднимается вихрь. Каково это – ощущать руки и губы мужа на своем теле, принять его в себя, пережить таинственное единение двух тел, на которое лишь намекали в романах и о котором шептались, хихикая, девушки? Эти мысли кружились в ее голове, пока Роланд задувал лампу и ложился в постель. Она замерла в темноте, ожидая прикосновения, но тщетно. Тогда она осторожно повернулась и увидела его спину. По-прежнему ничего не происходило. Мерси опасливо протянула руку к его плечу, думая, что это, возможно, слишком смело с ее стороны, и решительно не понимая, в чем дело. Разве не муж должен был проявить инициативу в такую знаменательную ночь? Она робко надеялась на то, что физическая близость сможет заполнить пропасть, зияющую между ними.

— Спокойной ночи, – повторил Роланд, на этот раз тверже, и она опустила руку, испытывая разочарование, смешанное с облегчением.

Лишь спустя несколько недель молодая жена узнала правду и поняла источник его гнева и отчаяния. Тогда Мерси осознала, что ее обманули.

Однажды вечером, сидя на краю кровати, она все же решилась затронуть щекотливую тему. Слезы непонимания катились по ее лицу, когда она умоляла мужа объяснить, что происходит. Может, она ему не нравится? Или сделала что-то не так?

Тогда Роланд встал перед ней и начал раздеваться. Выправил из брюк хлопковую рубашку и стал медленно расстегивать пуговицы.

— Ты нужна мне, – объявил он вдруг, и Мерси, зачарованно следя за его пальцами, скользившими вверх по ткани, почувствовала, как ее сердце подпрыгнуло.

Неужели это прелюдия к долгожданной близости? Неужели их воссоединение наконец состоится?

— И ты в долгу передо мной. Все, кто остался в тылу и позволил нам от их имени сражаться с беспощадным врагом, в долгу перед нами. Первая часть моей платы – это полоска земли, ведущая к реке, а вторая – ты, моя спутница и хозяйка дома. Когда мои родители отправятся на небеса, я не намерен доживать свои дни в одиночестве.

По телу Мерси пробежал холодок. Роланд женился на ней ради того, чтобы получить доступ к реке? В его словах не было ни капли любви. Только трезвый расчет.

— Земля, достойная героев… Ха! Просто смешно!

Он сбросил рубашку и начал возиться с ремнем. Мерси сглотнула, глядя на рваный шрам на его правом боку. Она знала, что ноги мужа сильно пострадали от взрыва, но хирурги спасли их, так что он мог ходить, как прежде. Неужели он думал, что ужасные шрамы отпугнут ее? Мерси сомневалась, что когда-нибудь полюбит Роланда, но готова была стать его верной спутницей, любить их общих детей и находить в них утешение. Мерси глубоко вздохнула, готовясь к тому, что будет дальше, а Роланд между тем расстегнул ширинку и дал брюкам упасть.