Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 14 – Дженни Кир

— Да это же всего лишь кукла, тетя, – закатила глаза Клара. – Я верну ее завтра.

— Нет! Я категорически возражаю. Она ни при каких обстоятельствах не должна покидать дом. И мне крайне неприятно, что ты рылась в моих вещах без разрешения. Многие из них очень мне дороги. К тому же я, кажется, ясно дала понять, что все жильцы должны быть дома к десяти. Я запираю двери на ночь, чтобы не опасаться за свою собственность и твою добродетель.

— Тогда увидимся утром. Вполне вероятно, что мы будем танцевать до рассвета. На таких вечеринках веселье обычно начинается не раньше полуночи.

Заметив потрясение, отразившееся на лице Агнес, Джек попытался успокоить пожилую леди:

— Не волнуйтесь, мисс Хамфрис, я не подпущу к вашей племяннице посторонних. Всю ночь не отойду от нее ни на шаг.

— Меня волнуют вовсе не посторонние. – Агнес одарила молодого человека выразительным взглядом и вновь повернулась к Кларе. – Ты не можешь разгуливать по ночам где вздумается. Так ведут себя не благовоспитанные девушки, а развратницы.

Клара опять закатила глаза, водрузила леди Уинифред на маленький столик в прихожей и выскользнула за порог.

У любимой куклы Агнес было бледное личико. Ее кожа казалась белой, словно бумага. Ярко-голубые глаза сияли на тончайшем немецком фарфоре в обрамлении блестящего шлема керамических волос. Увы, их нельзя было расчесывать, но зато они всегда выглядели безупречно.

Куклу подарили Агнес на шестой день рождения, и она провела множество послеобеденных часов, наливая в изящные чашечки воображаемый чай для своей утонченной подруги леди Уинифред, обсуждая, какое пирожное попробовать первым, или перемывая косточки прислуге: бедняжка Энн так и не научилась разводить огонь в камине, а Полли не умеет правильно месить тесто. К одиннадцати годам Агнес привыкла доверять леди Уинифред все свои секреты и советоваться с ней по любому поводу. Знает ли та, почему мама так устает? Чего ждать, если родится братик или сестренка? Когда младшая сестра действительно появилась на свет и стало ясно, что мама опасно больна, Агнес подолгу шепталась с подругой, ища у той поддержки, после того как на ночь задували свечу. Сапфировые глаза куклы лучились мудростью и пониманием. Уинифред была взрослой женщиной с узкой талией, широкими бедрами и длинными ногами из набивной ткани. Она прожила долгую и полную приключений жизнь, пройдя, несомненно, через множество испытаний. А ее хозяйка была всего лишь маленькой девочкой.

Когда мать Агнес умерла, Уинифред усадили на шкаф. Ее маленькие кожаные ботиночки свисали с края под странным углом. Подпертая шляпной коробкой кукла могла наблюдать за хозяйкой издалека. Беспечные детские игры остались в прошлом, потому что теперь у Агнес Хамфрис появилось множество дел. Несмотря на нежный двенадцатилетний возраст, на нее внезапно свалилось множество взрослых обязанностей. Она заменила сестренке мать, которой та лишилась спустя пять дней после рождения. Ни времени, ни желания возиться с куклами у Агнес больше не было. Единственная игра, которую она могла себе позволить в последующие двадцать лет, представляла череду отчаянных попыток достойно исполнить роль матери для Дафны.

После полудня Клара, закутавшись в просторный шелковый пеньюар, с трудом спустилась вниз в поисках чая и сочувствия. В ее комнатах имелась маленькая газовая плитка, но Клара была не из числа домашних хозяюшек. Раз уж тетя готовит для Гилберта и мистера Горски, лишняя порция у нее, несомненно, найдется. Агнес явно любила заботиться о ближних, хотя никогда не была замужем и не имела детей. Какая жалость: она бы наверняка преуспела в роли жены и матери. Бывают же люди, созданные для того, чтобы делать других счастливыми.