Книга Хорошая девочка должна умереть, страница 45 – Холли Джексон

Рави, видимо, дочитал первым, потому что резко выдохнул Пиппе на ухо, и в голове у нее завертелся ураган. Она подняла палец, призывая молчать, пока не доберется до самого последнего слова.

Потом произнесла:

— Упс!

Рави отпрянул, выпрямляясь во весь рост.

— «Упс»? — переспросил он пронзительнее, чем обычно. — И это все, что ты можешь сказать? Упс?

— Чего ты так… — Пиппа развернулась к нему лицом. — Чего ты так нервничаешь?

— А ты — нет? — Он старался говорить тише, но все равно срывался на крик. — Пиппа, речь про серийного убийцу!

— Рави. — Пиппа невольно хихикнула. Тот сердито глянул на нее. — Это было больше шести лет назад. Убийцу КЛ поймали. Он признался в суде. С тех пор сидит в тюрьме. После ареста убийства прекратились. Маньяка больше нет.

— Ладно, предположим. Тогда откуда мертвые голуби? — спросил Рави и дрожащей рукой указал на экран. — А рисунки, Пиппа? То же самое было накануне убийства Джулии Хантер. — Рави встал перед ней на колени и прошипел, тыкая выставленными пальцами ей в лицо. — Три. В тот раз было три фигурки. Джулия стала четвертой жертвой, Пиппа. До нее их было три. А теперь убито пять женщин, и прямо сейчас, твою мать, у тебя на дорожке пять фигурок.

— Слушай, успокойся. — Пиппа поймала его руку и зажала между коленями, чтобы унять дрожь. — О том, что рассказывала сестра Джулии Хантер, не говорилось потом ни в одном подкасте, не писалось ни в одной статье. Видимо, полиция в конце концов решила, что к делу это не относится.

— Но откуда-то рисунки взялись!

— Конечно. Просто речь сейчас не о них. — Заглядывая Рави в глаза, Пиппа вздернула подбородок. — Да, можно провести параллель между тем, что рассказывает Дебора Хантер, и тем, что происходит со мной. Правда, мне никто не звонил.

— Пока не звонил, — перебил Рави, пытаясь высвободить руку.

— Убийца КЛ сидит в тюрьме. Вот, смотри. — Повернувшись к ноутбуку, Пиппа набрала в строке поиска «Убийца КЛ» и нажала «Ввод».

— Ах да, Билли Каррас, так его звали, — сказала она, прокручивая страницу вниз, чтобы показать Рави. — Ему было тридцать лет, когда его арестовали. На допросе в полиции он признался и — видишь? — взял на себя вину за все пять убийств. На суде не пришлось ничего доказывать. Он в тюрьме, будет сидеть до конца жизни.

— Что-то не похож он на фоторобот, — фыркнул Рави, снова кладя руку ей на колени.

— Ну, да… — Пиппа глянула на фотографию Билли Карраса. Сальные темно-каштановые волосы, откинутые с лица, зеленые глаза, почти выпрыгивающие из орбит. — Они редко получаются удачными.

Рави немного успокоился.

Пиппа открыла вторую страницу поиска. Остановилась, прокрутила назад. Что-то показалось ей странным. Дата. Число.

— Что? — спросил Рави. Руки у него опять задрожали.

— Так, ничего… — сказала она, для пущей убедительности качая головой. — Пустяки. Просто… Я раньше не замечала. Последняя жертва, Тара Йейтс, была убита двадцатого апреля две тысячи двенадцатого.

Рави смотрел на нее с тем же лихорадочным блеском, какой наверняка горел в ее собственных глазах. Пиппа видела в его зрачках свой искаженный силуэт. Что ж, кому-то придется произнести это вслух.

— В тот самый вечер, когда убили Энди Белл.

— Странно. — Рави опустил взгляд, и живущая в нем Пиппа исчезла. — Очень странно. Допустим, он в тюрьме, тогда почему с тобой происходит то же самое, что и с Джулией Хантер? И, скорее всего, с остальными жертвами. Не говори, что это просто совпадение: ты и сама в них не веришь.