Книга Хорошая девочка, дурная кровь, страница 103 – Холли Джексон

Пиппа с силой вцепилась в стол. Рави лучше быть подальше от нее, если она не сможет сдержать в себе крик.

— Просто оставь меня в покое.

— Ладно, я уйду. Только пойми, ты бросаешься на людей от злобы и бессилия. Это пройдет. – Он вздохнул. – Когда вспомнишь, кто я, кто ты и кто мы друг для друга, – звони.

Рави подошел к двери, слегка наклонил голову и, не глядя на Пиппу, сердито произнес:

— Я ведь люблю тебя, глупая.

И вышел, хлопнув дверью.

Меня сейчас стошнит – гласило сообщение от Наоми Уорд.

Пиппа присела на кровать и нажала на присланную ей фотографию. Открылся скриншот из «Фейсбука»: пост от Нэнси Танготитс (так назвал свой аккаунт Макс Хастингс). На фото Макс, его родители и адвокат Кристофер Эппс сидят вокруг стола в роскошном ресторане с белыми колоннами. Макс держит телефон на вытянутой руке, чтобы все поместились в кадр, на заднем плане видна огромная клетка с экзотическими птицами. Все улыбаются и поднимают бокалы с шампанским.

Он поставил тег: отель «Савой», Лондон. Заголовок: празднуем…

Пиппа ощутила, как комната начала сжиматься: на нее ползли стены, из углов тянулись тени… Хотелось бежать. Надо выбраться из этой комнаты, пока не задохнулась!

Она вышла на цыпочках и засеменила мимо комнаты Джоша к лестнице. Брат уже спал. До этого он заходил ее проведать и принес спрятанную под майкой пачку хрустящих кукурузных мишек. «Только маме и папе не говори», – прошептал ей Джош.

Родители смотрели телевизор в гостиной, ожидая, когда в девять часов начнется их любимая передача. Из-за двери доносился приглушенный разговор; Пиппа разобрала свое имя.

Она тихонько надела кроссовки, сняла ключи с крючка на стене и выскользнула на улицу, бесшумно закрыв за собой дверь.

Шел сильный дождь, капли били об асфальт и брызгами ложились на лодыжки. Так даже лучше. Надо пройтись, развеяться. Может, вода потушит ее ярость, чтобы она превратилась в едва тлеющие угли в догорающем костре.

Пиппа перебежала на другую сторону дороги. Здесь, под деревьями, царила кромешная тьма, зато не так лило. До поры до времени Пиппа шла под кронами, пока в подлеске не зашуршало что-то невидимое. Испугавшись, она вернулась ближе к шоссе, на безопасный, залитый лунным светом тротуар. Насквозь промокшая, Пиппа гуляла вдоль Мартинсенд-вэй: пытаясь собраться с мыслями, бродила туда и обратно, туда и обратно…

И вдруг замерла. По ведущей к дому Зака дорожке кто-то шел. Впрочем, это уже был не его дом, там жили другие люди. Пиппа разглядела Чарли Грина: он нес большой черный мешок к стоящему возле тропинки мусорному баку.

Увидев вышедшую из темноты девушку, Чарли вздрогнул.

— Ах, Пиппа, – сказал он, забрасывая пакет в бак. – Ты меня напугала. Ты чего… – Чарли умолк, глядя на нее. – Да ты вся промокла. Почему без куртки?

Ответа не последовало.

— Иди скорее домой и обсохни, – с заботой в голосе произнес он.

— Я-а… – выдавила Пиппа, стуча зубами. – Я не могу домой. Пока не могу.

Чарли склонил голову, заглядывая ей в глаза.

— Не можешь, значит… Хочешь, заходи к нам?

— Нет. Спасибо. – Она покачала головой. – Я избегаю замкнутых пространств.

— Избегаешь?.. Ясно, – растерянно пробормотал Чарли, оглядываясь на свой дом. – Ну тогда… давай хоть под навес зайдем, чтобы не мокнуть.