Книга Уравнение с двумя неизвестными, страница 15 – Ольга Дашкова

— Знаю, пап.

Он переключает передачу, машина набирает скорость. Впереди показываются первые дома на окраине города.

— Кстати, – говорит он как бы невзначай, – мама рассказала, что ты кому-то помогаешь с математикой. Девочке из твоего класса.

Мама. Конечно. Они сговорились. А мама проговорилась, о том, что я вчера ей рассказал.

— Да, помогаю.

— И как? Она способная?

Вспоминаю вчерашний вечер. Мелисса склонилась над тетрадью. Ее растерянный взгляд. Румянец на щеках, когда она наконец поняла, в чем заключается решение.

— Способная, – отвечаю. – Просто… боится математики. Как будто это что-то опасное.

— Многие так относятся к точным наукам, – кивает папа, притормаживая перед светофором на въезде в город. – А она… симпатичная?

Чувствую, что краснею.

— Пап…

— Что «пап»? – он улыбается. – Тебе семнадцать. Это нормально – обращать внимание на девочек.

Светофор переключается на зеленый. Едем по городским улицам – машин становится больше, утренняя суета нарастает.

— Она очень красивая, – тихо признаюсь. – Самая красивая в школе. Может, даже во всем городе.

— О, – папа приподнимает бровь. – Серьезно?

— Но дело не только в этом, – продолжаю, пытаясь сформулировать мысль. – Она… сложная. Многослойная. Снаружи одна, а внутри, кажется, совсем другая.

Папа молчит, слушает. Проезжаем мимо торгового центра, парка. Школа уже близко.

Я набираюсь смелости и решаюсь задать вопрос, который мучает меня со вчерашнего вечера:

— Пап, а можно объяснить симпатию математически? Существует ли формула, которая описывает, почему один человек нравится другому?

Папа задумывается. Поворачивает на улицу, ведущую к школе.

— Знаешь, Дим, – говорит наконец, – когда я был студентом, я тоже пытался это вычислить. Составлял уравнения, искал закономерности. Твоя мама училась на курс младше, изучала биологию. Я видел ее в библиотеке и думал: почему именно она? Почему не Наташка из нашей группы, с которой у нас было больше общего? Почему не Оля, которая разбиралась в квантовой механике лучше меня?

— И что ты выяснил?

— Ничего, – смеется он. – Абсолютно ничего. Чувства не поддаются расчету, сынок. Они как квантовые частицы – пытаешься их измерить, и они меняют свое состояние. Есть химия, есть психология, есть эволюционные теории. Но все это не объясняет главного – почему именно этот человек заставляет твое сердце биться чаще.

Подъезжаем к школе. Папа останавливается у ворот, не выключая двигатель.

— Единственное, что я понял за все эти годы, – он кладут руку мне на плечо, – это то, что иногда нужно отбросить логику и просто чувствовать. Я знаю, тебе это сложно. Ты весь в цифрах, в формулах. Но люди – это не уравнения. И это прекрасно.

Киваю, хотя внутри все протестует. Как можно отказаться от логики? Это единственное, что я умею. Это моя опора, мой язык, мой способ понимать мир.

— Спасибо, пап.

— Удачи на уроках. И с этой девочкой… как ее имя?

— Мелисса.

— С Мелиссой тебе тоже удачи. Главное – будь собой.

Легко сказать – будь собой. А если ты сам не знаешь, кто ты такой?

Выхожу из машины поправляя рюкзак на плече. Папа уезжает, а я стою перед школьными воротами и собираю мысли в кучу.

Вокруг суета – ученики спешат на занятия, кто-то смеется, кто-то жалуется на домашнее задание. Паркуются дорогие машины, из которых выходят мои одноклассники. Мелиссы я узнаю сразу.