Книга Яд темной любви, страница 26 – Лана Ежова

Развалившийся на кожаном диване Веркинджеторикс вскинул удивленно чернильные брови и не сказал ни слова.

Благоразумное молчание продлилось целых пять секунд.

— Ты один? А где наша уникальная целительница?

Ярвуд налил себе чай и уничтожил еще одну конфету.

— Только не говори, что ты опять не смог ее привести, – хохотнул Джет. – Снова осечка, да?

— Заткнись, – тихо обронил Ярвуд и подошел к зеркалу, чтобы перевязать шейный платок благородного коричневого цвета.

— У тебя сейчас пар пойдет из ушей от злости, – насмешливо заявил Джет, наблюдая за тем, как Ярвуд пытается скрыть свои эмоции под маской спокойствия. Его тонкие губы растянулись в ухмылке, в черных глазах сверкнули алые огоньки – Веркинджеторикс откровенно наслаждался моментом.

— Давай за ней пойду я? – предложил вкрадчиво.

— Нет.

Ярвуд бросил обманчиво ленивый взгляд на побратима и перевел взор на свое отражение в зеркале. Как всегда, безупречен от носков коричневых туфель до кончиков волос. И даже ураган эмоций в душе незаметен, это только въедливый Джет, знающий его со студенческой скамьи, определил, что он в ярости.

— Я за неделю притаскиваю к принцу десятки девиц, ты одну не можешь.

Справедливое замечание, и Ярвуд смолчал.

— Что в этот раз помешало? – не унимался Джет.

— Похитители, а затем полиция.

— Как любит повторять принц, что было дважды, то будет и в третий раз! – с удовольствием произнес Джет и закинул руки за голову. – Поэтому Горейскую приведу я.

— Нет! – обернувшись, гневно сверкнул глазами рыжий кромешник. Зеркало с тревожным звуком треснуло. – Ты груб с девушками, Джет. Я запрещаю приближаться к леди Горейской.

Ярвуд сделал короткий пасс – и зеркальная поверхность восстановилась.

— Чего это я груб? – возмутился Веркинджеторикс и вскочил с дивана. – Ни одна временно похищенная девушка на меня не жаловалась!

— Потому что ты им память стираешь, – хмыкнул Ярвуд. – А суженая, которой воспоминания не стер, до сих пор не желает тебя видеть.

Темные глаза побратима нехорошо прищурились.

— Злой ты, Ярвуд. Спустись в тренировочный зал и взорви парочку мишеней. Не держи в себе злость, ее нужно выпускать.

— Благодарю за совет, в котором я не нуждаюсь, – степенно ответил Ярвуд.

— Зря, гордыня до добра не доводит, – попенял третий кромешник, Мэттхольд Мэтиас, выходя из вихря тьмы в углу библиотеки. – Я с важными новостями.

— Ты договорился с целительницей Горейской и она придет обследовать принца? – подчеркнуто радостно спросил Джет и бросил украдкой взгляд на рыжего побратима.

Нахмурившись, Мэтиас скрестил руки на мощной, широкой груди.

— Нет. Ярвуд заявил, что я пристрастен, ведь это подруга моей жены. Он сам посмотрит на Горейскую и, если посчитает надежной, пригласит. Забыл, Джет?

Проигнорировав вопрос, Веркинджеторикс грустно покачал головой:

— Бедный наш побратим, нескоро у его саркофага появится знаменитая целительница: Ярвуд все никак ее не доставит. Постоянно что-то мешает – вот так странная неудача!

Рыжий кромешник насмешливо выслушал подколки, всем видом показывая, что они не цепляют.

— Неудачи – часть пути воина Тьмы, – напомнил он один из постулатов. – Взлет не оценит тот, кто не лежал в пыли.

— И не глотал ее из-под ног обгоняющих товарищей, – въедливо добавил Джет. – Плохой из тебя похититель, Ярвуд. Пусть с Горейской поговорит жена Мэтиаса, или ее приведу я…