Книга Ее ужасная нечисть, страница 8 – Александра Черчень

Так я думала.

Реальность внесла свои коррективы с самого начала, начав с того, что еще ночью Финик все же сожрал альстромерию! И все время до вокзала он переживал, как же его хрупкий организм отреагирует на незнакомую пищу.

А после его тошнило в переноске от телепорта!

И в заключение, вишенкой так сказать, все время, что мы ехали в общественном транспорте уже в Хармаре, он умирающим голосом вещал из переноски:

— А то изумрудное колье я завещаю вам, госпожа. Оно в дупле на старом вязе, что растет у кухни.

— Спасибо, – сквозь зубы ответила я, поерзав под взглядом какой-то неприятно выглядевшей старушенции, с которой мы сидели друг напротив друга в магтрамвае.

— Пожалуйста, – жалобно донеслось из сумки, и тоненькие пальчики расстегнули застежку. Глазастая морда высунулась наружу. – А сережки с рубинами…

— Ты их тоже спер?

— Я… нашел. На полу в спальне вашей мамы и нес ей, но потом внезапно споткнулся и упал в свое дупло.

— Ударился головой и выронил серьги, – мрачно проговорила Хильда из своей накрытой чехлом клетки. – И так как удар был силен, ты лишился памяти.

— Да! И только сейчас, перед лицом смерти, вся жизнь у меня перед глазами. Буэ… – Шуршик выразительно прижал к носу платочек.

— Сам стирать будешь, – предупредила я.

— Вы жестокая, госпожа, – вздохнула моя ипохондрическая нечисть и скрылась обратно в переноску, закрыв за собой дверцу.

— Айлин, напомни, почему мы его держим? – вздохнула Хильда.

— Из любви к ближнему.

— Мелкая у нас любовь какая-то.

— Так и ближний не крупный, – хихикнула я в ответ.

Бабка не выдержала нашего прекрасного диалога, встала и на следующей же остановке покинула трамвай.

Оглядевшись, я поняла, что кроме нас тут буквально несколько пассажиров, и стянула верхнюю часть чехла с клетки, давая фамильяре больше обзора.

— Быстро сбежала, – прокомментировала Хильда, проводив бодрую старушку взглядом. – А ведь могла бы еще послушать про наши семейные драгоценности.

— Какие семейные? – фыркнула я. – Финик врет как дышит, а дышит он часто. Нет у него никаких изумрудов.

— Это вы зря, госпожа, – обиженно донеслось из переноски. – У меня очень хорошая коллекция!

— Угу. Где-то на несуществующем вязе, потому что рядом с кухней в городском доме у нас ничего не растет!

— Это не отменяет того, что коллекция прекрасная. Просто я ее… ну…

— Забыл, где спрятал?

— Временно утратил координаты, – достойно поправил шуршик.

— Видимо, для того, чтобы их снова обрести, надо тебя как следует травануть, – хмыкнула Хильда, а после подалась вперед и, подняв лапу, выразительно перебрала в воздухе здоровенными черными когтями. – Или тебя надо как-то по-другому мотивировать? Раз от близости верной смертушки память проясняется!

Пока мои питомцы, как обычно, выясняли отношения, магтрамвай неспешно полз по широким улицам Хармара. Я с любопытством вертела головой, пытаясь одновременно рассмотреть и архитектуру, и прохожих, и вывески, и – самое главное – не пропустить остановку.

Город оказался совсем не похож на столицу. Здесь было… спокойнее, что ли. Дома ниже, небо шире, люди не бегут сломя голову, а идут неспешно, с достоинством. Даже воздух пах иначе.

— А неплохо тут, – заметила Хильда.

— И природа красивая, – отозвалась я. – Я читала, что вокруг академии огромный парк, чуть ли не лес.