Книга Ее ужасная нечисть, страница 23 – Александра Черчень

— Здравствуйте! Я – Айлин Тарри, аспирантка с факультета нечистеведения, – представилась я, стараясь говорить уверенно. – Решила осмотреться, пока тихо. Не думала, что в виварии кто-то есть.

— Есть, – вздохнул парень, вылезая из-за стеллажа. – Я всегда есть. Кормлю, убираю, лечу, успокаиваю. Особенно успокаиваю. – Он почесал затылок ручкой черпака, но потом сообразил, покраснел и опустил руку. – Меня, кстати, Ревор зовут. Я тоже учусь на аспирантуре, только у меня уже третий курс. Выпускной!

— Ого! Тогда вдвойне приятно познакомиться!

— Мы про тебя слышали! – Парень скрылся за стеллажом и чем-то загремел. – Ты у Корвиса третьей аспиранткой должна была стать, но вот как все сложилось.

— Да, мне уже рассказали… надеюсь, с его рукой все будет в порядке.

— Ой, да тут никаких сомнений, – отмахнулся на диво черство относившийся к вопросам отгрызания конечностей Ревор. – Это у него не первый раз.

— Без руки остается?..

— Нет, в прошлом году у него гульяны ногу по колено оттяпали. Корвису было интересно узнать, на какой стадии он начнет чувствовать боль. Ну ты знаешь, у гульянов же в клыках яд, как у комаров, и потому жертва очень долго не чувствует, что ее едят.

— Знаю. Вот только мне и в голову не приходило, что можно захотеть проверить силу этого своеобразного анестетика!

— Ну а магистру нашему пришло! И не только это… в позапрошлом…

И мне порассказали!

Оказалось, что магистр Корвис – местная легенда. И легенда эта ходила по академии исключительно в жанре «а вот недавно с ним произошел еще один случай».

— И после этого он еще жив? – удивилась я.

— Жив и даже почти здоров, – подтвердил Ревор. – Ну, насколько может быть здоров человек, который однажды пытался подоить василиска.

— Зачем?!

Нет, я слышала, что артефакторы, из тех, кто работает с органическими веществами, периодически пытались сотворить несотворимое из доступных средств. И про молоко василиска тоже много баек ходило… и редким оно было до невозможности. А то и вовсе в природе не существующим, потому что они вообще-то рептилии!

— Хотел проверить, будет ли оно превращать камни в золото. Василиск оказался мужского пола. И обидчивым.

Я представила эту картину и поняла, что мой будущий научный руководитель, возможно, не так уж плох.

— В общем, на мой взгляд, декан не столько тебя спас, сколько магистра наказал, – резюмировал Ревор. – Потому что кроме аспирантки он также лишил его экспедиции в Иммерзильские болота и поездки в Шаударский лес с пятикурсниками, которая запланирована на одну из ближайших практик. А потерять это, думаю, для магистра гораздо больнее, чем рука.

Хм, вот оно как оказывается? Я даже не знаю, облегчение испытываю от того, что это не благосклонность, а стечение обстоятельств, или, наоборот, немного расстроена…

— Ладно, – сказала я, решив не забивать голову сложными вопросами. – А что тут у вас еще интересного? Можно посмотреть зверинец?

— Конечно! Правда, времени у меня немного, а одну бродить пока, сама понимаешь, отпустить не могу. Тут личный допуск декана нужен – как получишь, так на здоровье. Или нет…

Последнюю фразу он добавил, когда в прутья клетки справа от нас смачно впечаталась зубастая пасть.

Я оценила размер клыков сумрачной гиены и двинулась дальше, разглядывая, кто есть в коллекции Хармарской академии. Нечисть была размещена в разных вольерах. Кто-то в клетках, кто-то в силовых контурах, а некоторые вовсе в символично выглядящих загонах, как те же лисы-огневки.