Книга Ее ужасная нечисть, страница 127 – Александра Черчень

— Айлин, – снова заговорил Чар, и в его голосе появились нотки терпеливого учителя, объясняющего ребенку прописные истины. – Ты не понимаешь. Полукровки обычно – низший слой нашего клана, если живут среди нас. Их презирают, им не доверяют, их используют. Но с тобой все будет иначе! Ты – моя дочь. Моя наследница. Мы даже сможем найти тебе хорошего мужа.

Он реально думает, что я вот до своих лет дожила, днями и ночами мечтая о том, как удачно выскочить замуж?

— Хорошего мужа? – переспросила я, скрещивая руки на груди.

— Ну да, – ответил он так буднично, будто обсуждал погоду. – Конечно, он должен быть фертильным, это очень важно. Прости, красивого не обещаю. Но, возможно, ты и не заметишь – для людей обычно любой оборотень достаточно привлекателен.

Чар улыбнулся – широко, почти по-дружески, и от этой улыбки мне стало не по себе.

— Ты даже не представляешь, какие перспективы открываются перед тобой, – продолжил он, обводя рукой пространство, будто за стенами кабинета простирались не коридоры академии, а целые миры. – Ты будешь жить в безопасности. Никто не узнает о твоем происхождении, если ты не захочешь. Мы дадим тебе новое имя, новую жизнь. Ты сможешь учиться у лучших наставников совиного клана. Познавать древнюю магию, которую люди даже не представляют.

— У меня уже есть диплом университета, – сказала я. – Я аспирантка. У меня научный руководитель. У меня…

— У тебя сейчас много иллюзий, – перебил Чар, и в его голосе впервые мелькнула тень раздражения. – Но это пройдет, а род останется.

Он говорил так, будто все уже решено. Будто меня не спрашивали.

— Я не хочу быть наследницей, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – Я не хочу выходить замуж. Я не хочу никаких женихов. Я хочу доучиться, получить степень и заниматься тем, что мне нравится.

— Ты молода. – Чар покачал головой, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на жалость. – Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Я дам тебе все. Деньги, власть, защиту. Никто не посмеет тебя тронуть.

— Меня и так никто не трогает, – парировала я. – Я справляюсь сама.

— Справляешься? – Он усмехнулся. – Айлин, ты даже не представляешь, что тебя ждет в мире людей. Ты – полукровка, ты не имеешь права носить фамилию Тарри. Рано или поздно это выплывет. И тогда никто не заступится за тебя. Только мы.

Он шагнул ко мне, протянул руку – не касаясь, просто так, на расстоянии. Жест, который должен был казаться успокаивающим, но почему-то вызывал только желание отшатнуться.

— Подумай, – сказал он. – У тебя будет дом. Настоящий дом, где тебя примут. Где ты не будешь прятаться, боясь опозорить свою семью. Где твои дети не будут прятаться. Разве ты этого не хочешь?

Я хотела сказать, что у меня уже есть дом. Что моя мама – не идеальна, но она любит меня. Что дядя Тед – со всеми его странностями – всегда был рядом. Что Дорна стала подругой. Что Хильда и Финик – моя семья. Что к оборотням в нашем мире относятся распрекрасно, и да, я просто не хочу позорить свою мать и имя своего отца, пусть и не родного.

Но он не дал мне сказать.

— Видимо, твоя тетя была права, – сказал он, и в его голосе не было сожаления. – Забирать тебя придется сразу. Хорошо, что я подготовился.

Он достал из кармана небольшой камень – тусклый, сероватый, с едва заметными рунами. Я не успела спросить, что это, потому что он резким движением сжал его в кулаке.