Книга Великая Библиотека, страница 272 – Анастасия Шелест

Задохнувшись от возмущения и недоверия к происходящему, я смотрю на Риту, а она пожимает плечами и добавляет:

— Лидер предупреждал, что вы можете поначалу отреагировать очень бурно. Даже сказал, что можете отказаться. Нам было велено ждать.

Пегасы подери этого Марка. Он слишком много на себя взял. Какого черта он вообще умудрился оставить завещание? Нет. Он не мог идти со мной в Библиотеку с полным пониманием, что не вернется.

Это слишком жестокая мысль, чтобы с ней смириться. Я не справляюсь. Она оглушает, прибивая к стулу, и я бездумно смотрю в одну точку, перебирая в голове обрывки мыслей.

Зачем Марку так поступать? Он не идиот – это уж точно. Наверняка он все продумал и хотел чего-то добиться. Если у него был какой-то гениальный план, в котором я должна была принимать участие, стоило поставить меня в известность. Я совсем не понимаю.

Пока я борюсь с нелепыми догадками и предположениями, в кабинет проходят господин Блейк, госпожа Далтон и господин Романов. В дверях показывается госпожа Рид. Окинув всех цепким взглядом, она останавливается на мне и сухо выдает:

— Теодора, на минутку.

Ничего хорошего это не предвещает. Моя уверенность в том, что после внезапного наследия Марка ничто не сможет меня удивить, угасает. Я не хочу никуда идти. Жалобно оглядываюсь на Берта с Эриком – они же так упорно собирались меня сопровождать, – но сейчас они просто кивают на коридор. Тут их ничего не смущает.

Все словно задействованы в заранее подготовленном и обдуманном плане, а меня забыли предупредить. Чувствую себя полной идиоткой. Эрик поглаживает мои пальцы и ободряюще улыбается.

— Все нормально, иди. Им ты можешь доверять.

Им могу. А кому нет? Что вообще происходит? Почему после всего случившегося кому-то можно доверять, а с кем-то лучше не связываться? Разве чудовищные потери и общая трагедия не сплотили и не объединили нас?

Стоит мне выскользнуть в коридор, как желудок скручивает неприятным предчувствием. Госпожа Рид не одна. Рядом с ней стоит госпожа Брик, они оборачиваются и впиваются в меня задумчивыми, но полными уверенности взглядами.

Малодушное желание развернуться и сбежать приходится отгонять волевым усилием. Сглотнув, я сжимаю кулаки и шагаю к ним, а они тут же двигаются навстречу. Госпожа Брик выдавливает улыбку, и по коже пробегает мороз. Музы, да она никогда мне не улыбалась. Какого пегаса?

— Послушай, Теодора, – Госпожа Рид наклоняется и сразу переходит к делу. – Ты должна хорошо понимать, что будет происходить дальше. Сомневаюсь, что Эрнест и Альберт смогли полностью объяснить тебе, насколько это важно.

Они меня подставили. Это очевидно. Как еще это назвать? Я явно должна понимать хоть что-то из слов госпожи Рид, но в груди только уверенными толчками разрастается беспокойство. Что за очередная катастрофа?

Я не они и подставлять их не собираюсь, поэтому неопределенно мычу и повожу плечами. Госпожа Брик настороженно хмурится и, подавшись вперед, уточняет:

— Что именно они тебе сказали?

Соберись, Теодора. Нужно выдавить хоть что-то.

— Ну, – неопределенно протягиваю я, пытаясь выиграть хоть пару секунд. Что мне сказал Эрик? Едва ли Брик интересует его признание в любви. – Что Академия очень важна.

Что он любит Академию. Предположим, я поняла его посыл. Госпожа Рид недоверчиво размыкает губы. Ее глаза расширяются, а с госпожи Брик слетает маска вечной сдержанности и спокойствия.