Онлайн книга «Коннемара»
|
А со второй он поцеловался на прощальной вечеринке в лагере. Высокая, в шортах и довольно страшненькая, эта девица подкатила к нему, когда он телячьими глазами смотрел издали на прекрасную Мириам. И он согласился – в отместку и потому что она была на два года старше. Они вышли и приступили к делу под кроной тополя. — А ты неплохо справился для девственника. В итоге до него дошло, он из разряда везунчиков – тех, кто рано начинает нравиться девушкам и долго остается в фаворе. То есть он стал взрослым. * * * Кстати, прийдя на первую тренировку следующего сезона, Кристоф с удивлением обнаружил, что форма стала мала. А когда в раздевалке к нему подвалил Мадани, чтобы поиздеваться по привычке – мол, как там твой стручок? – то, когда Кристоф поднялся, всем стало очевидно, что расклад явно изменился. Вот так сюрприз. Мадани ухмыльнулся. — Свободен, недоносок. Но все уже было не так, как раньше. Что же до самих тренировок, в целом правила остались те же, только вот тренер Лукич вернулся на историческую родину, и теперь младший состав тренировал игрок премьер-лиги Антони Гаргано, которого ребята просто обожали. Его дважды приглашали в сборную Франции, он даже приобрел «Дукати». Но и он во главу угла ставил передачи. Берем пример с флипперов, как говорил он. — Когда вы на половине противника, превращаетесь в бамперы, как в пинболе. Ничего не видеть, ни о чем не думать. Главное, не размышлять. Стоит начать – упустите момент. Однажды тренер даже решил наглядно показать свою методу команде на настоящем игровом автомате, «Алмазной леди». Парни окружают его, Гергано в три захода набирает максимум, плюс шарик-бонус, и все улюлюкают от восторга. — Видите? Фишка в том, чтобы отключить мозги. Он заставляет их ездить взад-вперед, и между стойками, как в слаломе, причем шайба должна ни на секунду не отлипать от клюшки. Синим фломастером на белой маркерной доске он рисует схемы: вот чего он от них ждет, полного автоматизма. Чтобы натаскать игроков, он разбивает их на пятерки, ставит в одну линию, и каждая должна исполнить серию придуманных им комбинаций на максимальной скорости, после чего покинуть лед, освободив место для товарищей. Сначала дело буксует, и тренер чуть не срывает голос. Но в результате игроки усваивают суть, нарабатывают мышечную память, и шайба летит все быстрее. Каждая пятерка напоминает волну, их общее движение приобретает ту особенную, почти музыкальную безупречность. — Вперед! Быстрее! Давай, давай! Надо было видеть, как эти гномики в касках несутся по льду, постепенно превращаясь в живую ленту пасов. Чвак-чвак-чвак – и гол. * * * Кристоф придумал для себя новый способ наращивать мышцы. Каждый вечер после школы он выводит со двора горный велик, едет к центру Корнекура, а потом сворачивает к промзоне «Супрема 2000» до самой горки, ведущей к пожарной части. Глядя на нее, лучше понимаешь, почему про их город говорят, что он лежит в котловане. Для парнишки его возраста этот подъем – настоящее испытание, как Тур де Франс. И он начинает разгон: сначала вниз, до светофора, а потом все вверх, насколько выдерживают ноги. На первых порах он добирается лишь до автобусной остановки, где валится на асфальт, буквально задыхаясь. Но постепенно он преодолевает все большее расстояние, отвоевывая метр за метром. Это безрадостное приключение, ведь горка не балует неожиданными радостями. Она учит лишь точной арифметике прогресса, растущего по крупице. А когда, к сожалению, ему приходится пропускать свою тренировку из-за непогоды, ему кажется, что он утрачивает часть силы, словно отказывается от неповторимой встречи. День за днем Кристоф подвергает себя этой необходимой муке, так что порой ему кажется, что в этом заключена вся его жизнь: в какой-то дыре парнишка терзает велик, чтобы отыграть еще один сантиметр, пока не стемнеет. Но надо выдержать. Чтобы измениться. |