Книга Искра. Эмерсон и Себастьян, страница 36 – Ребекка Яррос

Я нежно поцеловала его в губы.

— И я не пожалею, что помогла тебе с командой.

Я отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза, и у меня сжалось сердце.

— Я не раскаиваюсь, что любила тебя тогда или что была с тобой сейчас, и не важно, чем это закончилось. Моя самая несбыточная мечта на какое-то время стала явью. Я даже предположить не могла ничего подобного.

— Но я сделал тебе больно… – Он погладил меня по спине, а другой рукой зарылся мне в волосы. – И жалею об этом каждый день.

— А я – нет. Я наконец поняла: то, что у нас было, настоящее. Я не жалею, что любила тебя тогда… и люблю сейчас.

Его тело напряглось, глаза удивленно расширились, затем яростно потемнели. Спустя мгновение он овладел моими губами и стал целовать отчаянно: губами, языком, зубами. Этот поцелуй воплотил в себе первобытную грубость и необузданность наших чувств. Мы отдались ему без остатка.

Я прижала его к себе и целовала так, как мечтала годами. Ах, если бы я могла заставить его передумать! Я вложила в этот поцелуй всю свою душу. Если ему суждено стать последним, то пусть это будет лучший поцелуй в его жизни… и в моей, черт побери!

Почувствовав, что ему этого мало, я остановилась.

— Тебе пора идти.

— Мне впервые в жизни на это наплевать.

Он посмотрел на меня глазами, затуманившимися от желания, и я чуть не сдалась.

— Пожар. Ты. Райкер. Калифорния.

Я подчеркнула каждое слово легким поцелуем.

— Чертовщина какая-то, – прорычал он. – Почему от тебя так трудно оторваться?

— Потому что ты должен быть со мной. Вернись, и я тебя не просто поцелую.

Его дьявольская ухмылка чуть не расплавила мне трусики.

— Обещаешь?

— Клянусь жизнью. А теперь беги, Бэш, и побыстрее.

— Ловлю на слове, – сказал он, и мы встали.

Поцеловав меня в последний раз, он ушел, и я не сдержала улыбки, когда он пнул поваленное дерево. Хвастунишка!

Боже, я любила его, и от этого осознания сердце взлетало все выше, билось все быстрее. Но из маленькой девочки я превратилась в женщину, которая знала: чем выше взлетит мое ликующее сердце, тем больнее будет, когда оно разобьется.

Я знала, к чему все неизбежно идет: единственное, что мне останется от Бэша, – это воскрешенная им команда.

— Ну что скажешь? – спросила я восемь дней спустя.

Мы с Ноксом стояли перед доской в кабинете Бэша.

— Ты молодец, – сказал он.

Я посмотрела на список, составленный за последнюю неделю кровью, потом и слезами. Это занятие помогло мне сохранить рассудок в вихре телефонных звонков, текстовых сообщений, бесконечного просмотра новостей и молитв о его безопасности. По крайней мере, пожар локализован. Бэш скоро вернется.

Он уже включил в состав команды семерых опытных пожарных, нам оставалось найти двенадцать человек. Я заручилась согласием Инди, Лоусона и братьев Малдоналдо, а еще нам пришлось взять восемнадцатилетнюю Тейлор Роуз, чтобы заручиться согласием ее старшего брата Брэкстона. Самое смешное, что он жутко разозлился. Хотела бы я понять, что у них там в семье творится. Младшим из юношей стал Дерек Чендлер, девятнадцати лет. Не хватало только одного имени.

— Если не он, то кто же?

— У Бэша есть кто-то на примете, – загадочно сказал Нокс.

— «Если ты построишь, они придут…»^[3] – издевательским тоном процитировала я. – Нет, серьезно. Я тут из кожи лезу, может, ты намекнешь хотя бы?